Боевые действия 137 пдп 31.12.1994 - 01.01.1995

Еще одна попытка прорыва к вокзалу 1 января была предпринята 3 пдб 137-го пдп 106 вдд (группировка "Запад"). Усиленный разведывательной ротой и батареей 2С9, батальон получил приказ на выдвижение в Грозный ночью с 31 на 1 января. В 14:00 1.01.05 введены в Грозный. Уже во время движения руководивший операцией начальник штаба полка подполковник Глеб Юрченко по радиостанции получил уточнение задачи - разблокировать железнодорожный вокзал.

НШ 137 пдп подполковник Глеб Борисович Юрченко

В густом тумане головная БМД подорвалась на мине, при этом один человек погиб и трое было ранено. Уже при попытке подойти к вокзалу (на железнодорожных путях) колонна попадает в засаду, были уничтожены обе самоходки, погибли несколько разведчиков, в том числе ст. л-нт Сергей Пушкин. Командир батальона гв.п/п-к Голубятников В. В. принял решение остановить колонну и отойти назад в ЦПКиО.

По словам "vuyga74268" (предположительно, командир рр 137 пдп ст. лейтенант Михаил Юрьевич Теплинский):
< ... > Были подняты по тревоге и к 14.00 1.01.05 введены в Грозный. < ... > Мы начали движение где-то в часа четыре утра. < ... > Впереди шла 8 пдр, где-то через километра четыре налетели на минное поле, подрыв первой БМД, один 200 и три 300. С этого момента впереди постоянно находились разведчики (полковые).

командир рр 137 пдп ст.лейтенант Михаил Юрьевич Теплинский

На въезде в город встретились с колонной Псковичей, так как мы были подчинены им, то г-м Бабичев поставил нас в хвост колоны. На въезде в город началась стрельба. Пулю в лоб получил контрактник Емельченко (правильность фамилии не ручаюсь- просто очень давно это было, всего и не упомнишь). Разведчиков обстреляли с гранатометов, причем, больше за свою жизнь такого не видел, одна граната сорвала брызговик на 071 машине, а вторая под углом вошла в трак гусеницы, даже не перебив, 072 машины.
Мы огрызнулись огнем из ПКТ (достаточно результативно). Где-то, через час, нас втянули в ЦПКиО. < ... >
Через минут сорок была поставлена задача на выдвижение в район вокзала нашей группировке (Псковичи в это время оставались на месте). < ... > Было решено выдвигаться на вокзал по железке и опять разведчики пошли первыми, но когда пол колоны уже прошло, механик-водитель 2С9 заглушил машину , а когда тронулся - получился разрыв, пол колоны свернуло направо, а вся остальная, во главе с ним, проскочила прямо [на улицу Маяковского] и попала в засаду.
Результат: две "Нюрки", после попадания из гранатомета, сдетонировали вместе с экипажами (только углубление в асфальте сантиметров по тридцать). Три БМД заблудились и экипажи (оставшиеся в живых еще долго выходили из окружения), вот здесь и погиб гв.ст.л-т Пушкин Серега, да и многие другие. Разведчики же не дошли до вокзала метров 950, встретили офицеров с бригады, которые и рассказали, что на вокзале уже нет никого (и они были правы). Мы возвратились назад в парк...

подрбно см: http://botter.livejournal.com/105567.html

подбитая БМД №792 137 пдп на улице Маяковского

Радиоперехват:
- 11-й! Я 10-й (Савин) - прием
- Я 11-й (Пуликовский), слушаю
- Я прошу ... где находиться подмога?
Сейчас узнаю, где находиться подмога
- 10-й, я 11-й, по Поповича подходит уже подмога, десантники и мотострелковая рота

Из журнала боевых действий 81 мсп:
13.10 - передали с КП корпуса, что с парка им. Ленина пробивается 2 МСБ и пдб.

- ... нужна конкретная и быстрая помощь!

вероятно переговоры Савина с десантниками:
комбриг - ... Я - "Калибр-10", кто там выходил на меня, прием...
....... - ... на станции сортировочная, товарная станция, прием...
комбриг - ... там перед тобой коробки, ты видел коробки? ... с ними встретишься, к тебе там навстречу пошли - это наши... тебе поставят задачу, которую надо немедленно выполнять...
....... - ... раз, два... две маленькие коробки, две большие...
комбриг - ... ты подъехал? ... там во дворе хозяйственном четыре маленькие...
....... - ... вижу, вижу... раз - вижу маленькую, два. Все, больше не вижу...

подбитая БМД №785 гв.ст.л-та Сергея Пушкина из состава 137 пдп на улице Маяковского

Десантник БМД №785 Голенко Павел (из книги памяти "комсомольской правды"):
Пишет нам ефрейтор срочной службы Гусев А. А.. Хочу написать про своего друга Голенко Павла - отчество, к сожалению, не помню. Можно узнать в Жуковском ГВК (Московская область) у майора Измайлова, он хороший мужик. Мы с моим другом призывались в июне 1994 года. Он попал в десант. Не успел прислать ни одного письма. В декабре 1994 года его направили в Чечню. Он был в экипаже БМД в ночь с 31 декабря на 1 января. В ту ужасную ночь их послали на выручку какой-то окруженной бригаде в Грозном. Они заблудились, и их накрыли. Десант был уничтожен из гранатомета. Экипаж оглушило. Первым очнулся механик-водитель и вытащил первого попавшегося под руку. Когда возвращался обратно за остальными, чеченцы уже их вытащили - Павла и его командира. Их расстреляли, это все видел механик-водитель. Он потом приезжал на похороны и рассказывал нашим ребятам из военно-спортивного клуба "Беркут". Труп друга 20 дней лежал на территории, занятой противником. Ребята опознали Павла по фотографии из морга. А мать его все ждет, даже после похорон.

Клупов Р. М. (пересказал Н. Рябцев):
Не вошедшее ни в один из фильмов, следующее:
Днём 1-го Савин просит подмогу, ему Пуликовский отвечает - да вы обалдели, вы там сами с собой воюете, вокруг вас уже десантники всё заняли. Обозначьте себя дымами, чтобы они вас узнали.
Наши шашек накидали дымовых - всё равно как стреляли, так и стреляют.
Тогда решили песню орать. Чмирёв начал "Запрягайте хлопцы кони", а Клупов его перебил и заставил другую петь: "Врагу не сдается наш гордый вокзал". Чечены опешили немного от такого и на минут 10-20 обстрел прекратили, но как выяснилось, десантура была все-таки далеко.

Нач. опер. отдела бригады Юрий Клопцов:
К нам прорвался один из десантников из парка Ленина на БМД, ст. лейтенант, по-моему, он был контужен. БМД горела, он влетел к нам, и ничего не видя, боялся вылезти. Открыл огонь по всему, что видел: по нашим и по боевикам. А потом на этой БМД так и ушёл в сторону парка, дошёл он в парк или подбили, сказать не могу. Скорее всего, подбили.

Ниже радиоперехват переговоров с десантниками:

- [Савин] Я прошу выйти вам, вам… где находится подмога, блядь…? Ничего нет, бомбят очень сильно!
- [Пуликовский, кто-то за него] Сейчас узнаю, сейчас узнаю, где находится подмога. Вам достается очень сильно, прием!

- [11-й, не Пуликовский] 10-й, я 11-й… По Поповича подходит уже подмога - десантники и… мотострелковая рота… Как меня понял, прием! Сейчас вокруг тебя заградогонь ставят… всех людей спрячь в укрытие, прием!

- [Пуликовский] Я 11-й, я 11-й! К вам сейчас, как вы заходили, будет выходить Сила… будет выходить Сила… так же как вы заходили… на вокзал!
- [Пуликовский] Прием!
- [Савин] Направляйте, направляйте ее сюда!
- [Пуликовский] Понял, понял!

- [Савин] 11-й, прием!
- [Пуликовский] Я 11-й, прием!
- [Савин] Кто, кроме Силы тут рядом у нас находится? Кто корме Силы рядом находится?
- [Пуликовский] …Все ссылаются на Силу и занимаются своими делами, прием!
- [Савин] Я понял, понял, бля! Сейчас мне Сила пообещал…
- [Пуликовский] Я все слушаю, все слушаю, я на приме.

- [Савин] Сила, прием!
- [Сила-1] Я Сила, прием!
- [Савин] Сориентируй, где ты, где ты!?
- [Сила-1] Ну, я сейчас… я еще не вышел даже, еще не вышел! Сколько[?] ваших разговоров слышал - сразу понял, что надо помочь. Сейчас готовлюсь. Постараюсь пройти по путям… по путям, вдоль путей… туда, к вокзалу.
- [Савин] Я понял, понял, бля…
- [Сила-1] Так… со стороны путей по вам нет стрельбы? Может мы хоть одну сторону возьмем?
- [Савин] Со стороны путей… только вот с этого, блядь… э-э-э-э… вот это депо, депо, видишь черное?
- [Сила-1] Да, вижу черное депо.
- [Савин] А чуть дальше, где вот сходятся две дороги… то есть эти все путя сходятся [железнодорожные] - слева здания стоят… вот от туда, блядь, по путям.
- [Сила-1] "Слева по путям" - это к вам слева, да?
- [Савин] Нет, если ты будешь идти с парка… Ленина, по путям будешь идти… - справа депо, блядь, а слева черненькое здание - это я, блядь! Прямо передо мной - красное здание… - вот это, блядь!
- [Сила-1] Понял, понял!

- [Савин] Слиток, прием!
- [Пуликовский] Я 11-й, прием!
- [Савин] Может… "голубых" … хоть какую-то группу, бля, на этот дом бросить?! Нас… обошли, блядь нахуй, сзади и… с этого дома… с депо, с депо напротив - оттуда хуярят… из дома!
- [Пуликовский] Я говорил с ними - они занимаются своими делами и говорят: работайте с 19-той [дивизией], которые в парке.
- [Савин] Блядь… понял!

- [Пуликовский] [сто?] 4-й, прием!
- [104-й] На приеме!
- [Пуликовский] Группа от "гоубых" выходила к вам - подорвалась на мине! Сейчас они пешком идут к вам… туда… пешком продвигаются… [через промежуток времени]: …как понял 10-й, прием?!

- [Савин] [я] 10-й… 11-й, я 10-й, прием!
- [Пуликовский] 11-й, я 10-й ! "Голубые" ехали к вам - подорвались на мине, на мине! Сейчас они спешились и идут пешком… идут пешком на помощь!
- [Савин] …Сейчас мы выкидываем оранжевые дымы, бля… оранжевые… и ракеты, ракеты, чтоб нас видели!
- [Савин] Сила, прием, Сила прием!
- [Пуликовский] [Я] понял!
- [Савин]…Дымы даю… наблюдай!
- [Пуликовский] Я понял, я сказал, я сказал "голубым"!

- [Пуликовский] 10-й, 10-й! Дали дымы[?], дали дымы - сориентируйте!
- [Пуликовский] Я 11-й, прием!
- [Савин] На приеме 10-й!
- [Пуликовский] Дали два дыма - сориентируйте, сориентируйте!
- [Савин] Я… давал дымы - видел он дымы или нет?

**************************************************************************************************************

Выход 131 омсбр и подразделений 81 мсп


командующий группировкой "Север" генерал-майор К.Б. Пуликовский

После того как была уничтожена сводная колонна полковника В.Андриевского, и не увенчалась успехом попытка десантников, положение обороняющихся на вокзале стало совсем безнадежным. Стало понятно, что помощи больше ждать не откуда и надо пробовать прорываться самим.
Комбриг Савин еще раз входит на связь с командующим группировкой:
- ... вы там думайте < ... > , я не могу бросить раненных, техника уже почти вся сожжена, думайте как выводить и как нас выручать...

Командующим группировкой ставится задача на отход в парк имени Ленина.

Радиоперехват переговоров:

- [Савин] [12-й], 11-й, прием!
- [Пуликовский] Я 11-й, прием!
- [Савин] Надо срочно отсюда выходить! Все, блядь… мне тут уже… долбят, блядь… Какая будет моя дальнейшая задача, прием?!
- [Пуликовский] Сейчас уточню!
- [Савин] …Чит[?] прием!
- [Савин] [неразб.]… прием! Уточните мне дальнейшую задачу!
- [Савин] Я 10-й, прием!
- [Савин] 10-й, прием!
- [Пуликовский] Я 11-й, я уточняю!
- [Савин] Прием!
- [Пуликовский, кто-то за него] Я уточняю, уточняю! Не могут поставить задачу сейчас, там [неразб.] разбираются!
- [Савин] Задачу… мне тут пиздец приходит, блядь, уже нахуй!
- [Пуликовский] 10-й, я 11-й, прием!
- [Савин] 11-й, я 10-й, на приеме!
- [Пуликовский, кто-то за него] Если можете уходить, то это к парку культуры [имени] Ленина! к парку культуры Ленина к Силе въедте[?]!
- [Савин] Не понял, не понял!
- [Пуликовский, кто-то за него] Если можете уходить - то к парку культуры Ленина! К Силе, к Силе туда идти!
- [Савин] У меня очень много раненых, блядь! Раненых много… я не смогу уйти, наверно… Помощь нужна!
- [Пуликовский] Понял, тебя, понял!

Николай Рябцев:
Когда Савин Максычу задачу ставил на отход, он (Клупов) начал возмущаться, мол: "Да вы что, с такой кровью этот вокзал удерживали, чтоб просто так оставить?". Но потом согласился с Савиным на том, что просто нет боеприпасов, чтобы его удерживать.

Подполковник Владимир Иванович Зрядний:
"Где-то, наверное, часа в три после полудня, обстрел немножко прекратился, перестали стрелять из гранатомётов ... В три часа Савин вызвал к себе командиров рот и спросил, сколько имеется в наличии бронетехники целой, посчитали - порядка семи БМП было целых ещё".

Подполковник Владимир Иванович Зрядний:
"В 16 часов опять начали гранатомётчики стрелять, жечь оставшуюся технику. Я говорю: "Иван Алексеевич, надо срочно выносить раненых и уходить как можно быстрее отсюда!" Он дал команду: "Выводите БМП!" Напротив здания вокзала гостиница [недостроенный дом], завести туда БМП. И часов около пяти вечера туда повели раненых, начали туда перемещаться".

Нач. штаба 1 мсб м-р Юрий Чмирев :
"... капитан Николай Тупиков (врач) сказал, что много раненных < ... > кончились медикаменты < ... > и через некоторое время они все будут умирать, < ... > осталось по два-три , по шесть-семь (у офицеров) магазинов..."

Николай Рябцев:
"Непосредственно на вокзале, убитыми бригада потеряла не много. В основном ранеными около 70 человек.
Основные Потери убитыми были во втором батальоне, резервном батальоне, [сводная колонна] который тоже в замес попал, когда к нам на помощь шёл 1 Января и среди первого батальона, когда прорывались из вокзала. Т.е. основные потери бригада понесла на улицах города, а не на вокзале.
Если бы на вокзал было бы налажена поставка боеприпасов, чечены нас оттуда никогда не выбили бы. Просто уже БК заканчивался, и много раненых было, которым нужна была помощь".

Командир обс 90 гв. тд гв. подполковник В. Ситников:
"К вечеру 1-го января все документы и карты были уничтожены. Чтобы не достались врагу < ... > От батальона осталось 4 танка и 2 БМП. Два танка вскоре сожгли чеченцы < ... > В 18 часов было принято решение об отходе, а перед этим удалось связаться с одной из частей, которая стояла в парке им. Ленина, в километре от вокзала. Те отказались прийти на помощь".

Отступление с вокзала началось около 18:00 1 января 1995 года. Зам. нач. штаба 131 омсбр подполковник Сергей Зеленский:
"Савин запланировал отступление на 18:00, когда город должен был погрузиться в сумерки. Но в шесть вечера связь с комбригом неожиданно прервалась".

Николай Рябцев:
"Вечером 1 Января сказали, что будем прорываться. Раненых много было, в том числе и комбрига Савина (Царство ему Небесное) видел, он на костылях уже был. Сначала вынесли нас в зал ожидания вокзала. Замысел у наших был такой: первая рота идёт вперёд прорываться, вторая рота раненых несёт, третья рота - сзади прикрывает. И так пешком до наших. Техники целой уже не было. Клупов говорит, что 1 мср он вперёд послал из-за того, что она самая боеспособная была, т.к. в ней меньше всего потерь было [Николай ошибся, на самом деле 1 мср удерживала вокзал, вторая эвакуировала раненых, третья - прикрывала вокзал со стороны путей]".

Начмедслужбы 1 мсб капитан Н. Тупиков:
"После 11 часов связь опять пропала, а около 15 часов на офицерском совете мы решили пробиваться сами. Врачей распределили следующим образом: в передовом отряде пешей колонны, составленной из наиболее боеспособных и легкораненых и прикрываемой уцелевшим танком, я и прапорщик Дёмин, в самой колонне - старшие лейтенанты медицинской службы Кожура и Волощук. Во второй - моторизованной - колонне (на трех БМП) решил идти комбриг, забрав с собой всех тяжелораненых..."

Клупов Р. М. (пересказал Н. Рябцев):
"Боевики ворвались в здание вокзала 01.01 около 20:00 со стороны дома Павлова, когда раненых оттуда уже вынесли, и оставалась группа прикрытия. Ворвались на кухню [столовую], наши были в зале ожидания и в комнатах, перекидывались гранатами с ними и очередями".

Рассказ Дениса Шачнева об этих событиях:

"На вокзале перед выходом снайпер достал из "Дома Павлова".
Он стрельнул и чуть в меня не попал. Мы залегли, я и человек 5 ещё. Он бьёт в пол, крошка летит в глаза, я закрыл глаза и жду, пока он отстреляются и тут что-то по коленке ударило, я подумал ещё, что за дебил лазает, так и сказал, стреляют же. Открыл глаза, а там Ф1, я схватил и выкинул в окно, боевики уже под вокзалом гуляли... < ... >
Когда нам гранату кинули и я её откинул, мы с этой комнаты сквозанули все в подвал, мы заходили туда иногда в течении 2-х суток (помещение такое, 4 на 4 метра может, может чуть побольше, спускались, и офицеры там сидели, я видел).
И, по-моему, там даже окна были как бы наверх, я еще подумал, "гранату кинут, всем хана", как бы ниши такие, что ли, на асфальт туда выходили, но я могу сейчас ошибаться.
Вот, и когда гранату кинули, я откинул, все ломанулись в этот подвал почему-то. Когда мы туда зашли, я слышу - стрельба, бой-то всё равно идёт наверху, пацанам говорю: "давайте, выходим отсюда, пока нас здесь не отрезали".
Пошёл я на выход, по лестнице иду, оглядываюсь, за мной никого, боятся, я тогда спустился.
Говорю, пошли-пошли, одного за бушлат и как бы потащил, смотрю, вроде тронулись, я опять бегом наверх, смотрю, нет ли никого из боевиков рядом, смотрю, никого. Нужно пробегать, думаю, смотрю, сзади опять никого, спускаюсь третий раз, вытаскиваю их оттуда.

Боевики начали в очередной раз снова бить по нам.
Тогда мы поняли, что вот уже, они уже готовы сюда войти и начали в очередной раз обстрел, я помню, кто-то из офицеров стал говорить "отходим, отходим".
И в какую-то комнату мы вошли, слышу стрельба уже реже, тише. И вот мы выбегаем туда вот, по-моему, в зал ожидания в большую комнату 2-х этажной части здания.

Там баррикады были наложены и сидят 2 пулемётчика, я туда-то к ним прыгаю. Один мне ещё говорит: "если бы не твой шлем [танкистский шлемофон], мы бы вас положили", то есть они уже конкретно эту часть вокзала отрезали, ждали боевиков, вот должны были зайти с этой стороны, и мы тут из подвала выскочили и на наших вышли, вот так. Мы начали - ты справа прикрываешь, ты слева, ты коридор делаешь, выскочили из вокзала.

На вокзале сзади на пути выходила дверь, узкая, двустворчатая. Вот эта дверь, неширокая такая, стали в неё выходить, было темно, но всё горело огнём. Там была небольшая как бетонка перед асфальтом (она метров на 30 вдоль путей просматривалась).Вот нам нужно было вдоль железки этих 30 метров проскочить, в сторону парка. Когда пробежали мы это расстояние, была ещё команда прикрывать, по сторонам стрелять. Я стрелял в сторону "Дома Павлова".

Перебежку сделал небольшую, от самого вокзала к д.ж. путям, там где-то залёг, помню, уже как бы асфальт/бетонку я пробежал и залёг туда уже (то есть мне был виден выход из вокзала на пути и левая сторона просматривалась "дома Павлова").

Ещё рядом с вокзалом было какое-то здание недостроенное кирпичное. Вот я рядом с этим зданием лежал, там ещё был, огораживал какой-то забор бетонный, вот возле этого забора я и лёг, как баррикада там какая-то была.

Гранатомётчик рядом лежит. Ещё лупит - один, за одним.
Говорю: "береги снаряды", а он только успевает их насаживать и как даст туда.
Я ему: "Да перестань ты, придержи маленько, нам ещё выходить", хлестал он по дому Павлова. Я то понимаю, бьёт-то он не по целям, даже не метит, бьёт. Уже 2 или осталось стрелы, я говорю: "да прибереги ты, осталось-то совсем мало. Пригодится нам ещё их бить".
Я же не знал, что они нас отпустят, думал за нами пойдут! Думал, всю дорогу будем от них отбиваться, пока не выйдем из этого города.
И вот тут Ивана Исаева я последний раз видел. Он ещё "р" не выговаривал. Денис, Денис так, а я не могу понять, кто мне кричит. Я присмотрелся. Иван, ты что ли, он - я. Я ему: "есть патроны?" Он мне 2 пачки дал в бумаге, я их забрал, и мы раскатились по разным сторонам.

А он погиб. Потом Суфрадзе, когда приехал к нам в Червлёную, что-то начал говорить (вот типа, они в Грозном технику подбитую собирали и раненых осматривали; когда он приехал, мне говорит, что Исаева Ивана нашли, ног нет, туловище одно; нашли Пашу Дудырева, по-моему, он с 19-й Берёзы ("Берёза-19"), тоже мёртвый, обгоревший, на танке лежал)".


Действия на вокзале


Николай Рябцев:
"Говорят, повезло нам, как только первая рота вышла во двор недостроенного автосервиса, что прям возле вокзала стоял, так наткнулись на два не подбитых БМП. Ну вот туда на броню нас и погрузили, под завязку. Когда меня грузили, уже место не было. Меня закинули туда, а "летёха" (Царство ему Небесное), который сидел с краю, за шиворот бушлата держит меня, я его обнял, коленками на фальшборте стою, а ноги в воздухе свисают. Так обнявшись, и поехали".


площадь железнодорожного вокзала


Прорывом батальона из вокзала командовал командир 3 мср 1 мсб капитан Клупов Рустем Максович.
Николай Рябцев:
"По крайней мере, в зале ожидания задачу ротам он ставил, я сам слышал. Помню когда из второй роты кто-то раненых из вокзала не взял, а налегке побежал, он встал на простреливаемом участке улицы во весь рост (меня, тогда как раз мимо проносили) и пацанов из второй роты встречал и назад отсылал за ранеными, кто без них был".

Из наградного листа майора Клупова Рустема Максовича:
"... Во второй половине дня 01.01.95г. после потери связи со штабом бригады, когда боеприпасы были на исходе, получил личное распоряжение от командира бригады на прорыв из окружения. Этим же приказом майору КЛУПОВУ Р.М. была поставлена задача - прикрыть отход батальона и управления бригады от преследования противника.
При подготовке к отходу майор КЛУПОВ Р.М. лично организовал выход уцелевших боевых машин в указанное командиром бригады место близ вокзала и эвакуацию раненых к машинам. Сам же ушел с вокзала, наполовину уже захваченного противником, в числе последних. И огнем своей группы из 3-х добровольцев сдерживал противника от преследования".

Н. Рябцев:
"Максыч при выходе был на том месте, где я указал на карте (собственно его я там своими глазами последний раз и видел). При погрузке раненых на танк (я подозреваю, что это мог быть тот танк, который самарский по вокзалу стрелял, потом заехал во двор стройки) с обрушенного торца дома Павлова по танку стрелял гранатометчик. Но стрелял он на звук, потому что танк он не видел и гранаты выше танка проходили, пока погрузка раненых шла.
Максыч из огнемёта того гранатомётчика успокоил - обрушил торец дома Павлова до конца (а до этого, был обрушен только 1-2 этажи, а 3-5 держались). Как только загрузили танк, ранило Аденина, и Максыч ещё его туда загрузил.

...он [Аденин] ранен при отходе из вокзала, на том углу, из за которого Максыч из огнемёта по дому Павлова палил (я сам помню, когда меня мимо того места тащили, Аденин на спине лежал и орал матом от боли).
Причём был ранен своими же из вокзала. Дело было как, меня из здания вокзала не сразу за тот угол потащили, а за БМП 330 (вернее между БМП и забором). Когда там были, началась стрельба (наши из окон и дверей зала ожидания), потом резко вдруг все заорали: "не стрелять, свои", в том числе те два танкиста, которые меня за 330 бмп затащили (знать бы кто это были, спасибо хоть бы сказал им).
Потом как огонь прекратили, они меня подхватили и потащили на тот угол забора, и пронесли мимо Аденина (его ещё к тому моменту не успели поднять), а рядом с ним стоял Максыч и кричал: "вторая рота, назад за ранеными!"

Аденин командовал 3 мср при отходе, она заняла позиции на путях, где был танк, с задачей не дать открыть огонь чеченам, которые уже были на путях, но возле почтамта.
Те, увидев, что началась на вокзале какая-то движуха, начали тоже осторожно вылазить. И вот во время того, как 3 мср была там, 1 мср, удерживая вокзал, получила приказ от своего ротного Евгения Пащенко, стрелять во всё, что движется.
Лично я тогда был между 330 БМП и забором жб, и видел, как со стороны вокзала, вернее зала ожидания, начался огонь. Вот так Аденин и получил ранение.

Лично я тогда был между 330 БМП и забором ж/б, и видел, как со стороны вокзала, вернее зала ожидания, начался огонь. Вот так Аденин и получил ранение. Как мне Максыч потом в Москве рассказал, танк (причём Т-80, все же танк был Т-72, а за штурвалом был В. Данилов) уже готовился отходить. Но он его тормознул и погрузил Аденина туда. Так что возможно, именно Максыч Аденина до танка дотащил. По крайней мере, что я последнее видел: так что именно Максыч рядом с раненым Адениным стоял.

Пояснения Рустема Максовича Клупова:
Первой роте была поставлена задача - удерживать вокзал пока не эвакуировали раненых. Но Пащенко (командир 1 мср), он решил, что один остался, что все ушли уже, и отдал приказ своим выходить, при этом "стреляя во все, что движется".
Они начали выбегать, препрыгивали через нас. Пащенко то же выбежал.
Я ему: "Женя, ты куда? Стой!"
Он: "Я свою задачу выполнил!"
Вот тогда Аденина и ранили. Четыре пули в него попали. Одна от бронежилета отскочила, вторая в подмышку вошла, а третья перебила берцовую кость. Не одного его тогда ранило.
Я лично Аденина не грузил.
Мы с Валерой Николаевым и с сержантом (Майоров, по- моему, фамилия его), пошли в вокзал. Нашли ПКМ (брошенный) с полной коробкой. Валера с пулеметом прикрыл правую часть вокзала, а я пошел в "ресторан". "Кухню" уже заняли боевики. Они нам гранату кинули.
- Эй, русские, держите подарок!
Но особого вреда она не принесла, наступательная была. Я им Ф-ку обратно "вернул".
Потом мы вышли обратно на угол. Вот тогда Майоров ( а не я ) из РПО выстрелил в торец дома где гранатометчик сидел. Он по "вертикали" между этажами бегал. Рухнули последние верхние этажи. Я тогда пошутил: "Вот теперь надо уходить, этого они нам точно не простят!"

Ст. л-нт мед. сл. О. Кожура:
"... Потом уже почти не осталось ни одного не пострадавшего, все были ранены, все!

Под вечер 1-го января комбриг говорит - Всё, собираем всех офицеров! Поговорили и решили, что самим себе надо помогать - будем прорываться к своим.
Комбриг спрашивает - Какая есть техника на ходу? Пусть не стреляющая, но хотя бы на ходу, чтобы раненых вывезти, мы же не могли их бросить!
Комбриг говорит - Давайте раненых соберем в большом зале ближе к выходу на пути, разделимся на три части. Первая группа - внезапно выбегает на ж\д пути и стреляет, вторая раненых выносит и грузит на технику, а замыкающая группа держит оборону, чтобы не вошли боевики.
А нам с Волощуком сказал: "Вы подготовьте раненых, чтобы паники не было, что никого не оставят".
Примерно рассчитали на каждую машину человек по тридцать.
Я говорю: "А как же они держаться-то будут?"
Савин говорит: "Это уже второй вопрос".
Один танк у нас был и пара БМП. Мы с Волощуком были, естественно, в центральной группе, с ранеными.
Я прополз к раненым, говорю им: "Ребята, слушайте меня, сейчас вот потихонечку все ползите туда, в ту сторону вокзала, к выходу, где вас всех погрузят на броню".
Я думал, что сейчас все бегом, кто быстрее, туда бросятся! Нет, все так плавно стали перемещаться. Но, честно говоря, это зрелище не для слабонервных, когда люди вот так, культями скребут, ползут, там костями по этому бетону, ползут, лезут...
Переместились так, чтобы этого перемещения, как говорится, противник не видел, что мы собираемся экстренно покидать наши позиции.
Все раненные собрались в это большое помещение. Наша первая группа внезапно выбежала, последние патроны выпустила, гранатами закидали, и подавили огонь противника, боевики не ожидали, конечно, такого напора обороняющихся. А в это время мы с Волощуком раненых стали быстро кого подсаживать, а кого и забрасывать на броню! Там решали всё секунды! Броня гладкая, на ней здоровый человек не всегда удержится, но раненные хватались и держались так, что их не оторвать. Машины ушли.
И вот когда последний раненый был уже погружен, в этот момент прикрывающая группа стала выходить из комнат вокзала и кричать: "Все, надо убегать! Тут нас теснят уже!" Ну, мы друг на друга с Волощуком посмотрели - Ну, что, уходим?! Очень страшно выйти из укрытия в пустоту простреливаемого со всех сторон пространства. Боевики опомнились и просто стали поливать по нам. Мы побежали вдоль путей, мимо недостроенного здания, перебежками, по нам стреляли, мы падали, поднимались и бежали куда-то в темноту.
Нас собралась небольшая группа. Мы все отступали вдоль путей, и примкнули к какой-то еще горстке наших. Я, Волощук, еще какой то лейтенант, я его первый раз видел, и буквально три - четыре солдатика, которые с этим лейтенантом были. И этот лейтенант говорит солдатам: "Смотрите, сзади никого нет больше, мы последними идем. Тех, кто будет двигаться позади - стрелять!" И вот возможно они, честно выполняя этот приказ, подстрелили Диму Аденина. Это был офицер, Клупова друг, такой высокий, крепкого телосложения [ком. вз. 3 мср Дмитрий Аденин]. Его наши в ногу ранили.
Получилось так - он уходил из здания на своих ногах, а подстрелили его наши же солдаты. Позже я его увидел сидящим на броне танка. Спросил: чего он на танк залез, бугай здоровый?! А он отвечает, что ранен. Спрашиваю куда? Отвечает - в ногу. Осмотрел его бегло и понял, что ранение тяжелое. Сказал, остановимся - окажу помощь. Это вся вереница отступающих растянулась вдоль путей! Позже танк остановился и раненных сняли и понесли на себе. Мы с Волощуком вдвоём склонились над Адениным, обкололи его промедолом, что бы он хотя бы не орал во время ревизии раны. Все говорили: "Ой, там за нами гонятся, гонятся!" Добежали мы еще до какого-то места развилки, более менее спокойного, и стали снова смотреть его рану. Что-то стали делать, жгут отпустили, наложили повязку, выполнили иммобилизацию...
Пока мы им были заняты, встаем, а с нами только один солдат! И никого нет больше! Даже не знаем куда идти, в какую сторону!
Блин, говорю, да что же такое, там бросили, тут бросили и опять бросили! Да сколько ж можно бросать уже! Ну, мы на автоматы его положили, чтобы можно было его переносить, и так на автоматах его понесли в темноту, в неизвестность. И вот мы его тащили-тащили с Волощуком и одним солдатом. Дима этот - он амбал такой, орет, кричит, ну ему же больно! У него пятка так вывернулась задом-наперед, правая нога, по-моему, была. Мы ему просто рот закрывали рукой и бежали вместе с ним, чтобы догнать наших.
Силы покидали нас, но мы продолжали его нести, а он в меру сил помогал нам: здоровой ногой отталкивался от земли и за кусты подтягивался руками.
Мы чудом угадали направление. И за нами все же кто-то послал - "Смотрите, где-то потерялись наши доктора!" К нам пришли несколько человек, и мы раненного им передали. Все опять повторяли: "Ой, там за нами гонятся!"
Там еще, какой-то солдат отставший был, не мог идти, я его понёс на себе в гору.
Потом спрашиваю его: "Слушай, чего у тебя, ты ранен?" Солдат маленький был, но тяжёлый!
Он говорит: "Я не ранен, я идти не могу просто, сил нету".
Смотрю, а он еще в бронежилете, которого я не увидел в темноте!
Я говорю - Ты с ума сошел, я тебя тащил в бронежилете в гору, ещё и как сайгак с тобой через заборы прыгал!
Бронежилет сорвал с него, выкинул за забор!
Говорю - Ты чокнулся!
А он кричит - Не выбрасывайте, я за него расписывался!
Я как заорал на него - Встал и пошел!
Он и правда, встал и пошел!

Под утро вышли на своих. В нашей группе, по-моему, Чмирёв был самый старший. И вот мы вышли к нашим под утро 2-го января, а они спрашивают: "А вы кто такие вообще?"
Грязные, оборванные.
- Вы откуда?
Мы - Оттуда!
- А нам говорят, что там все крепко, вокзал наш!.."

мл. сержант, ком отделения связи роты связи 81 гв. мсп А. Пирожков:

Когда Бурлакова грузили на вывоз с вокзала, я его тащил до вулканизации. Когда на прорыв с вокзала пошли, пошли в сторону вулканизации уже не по дороге а по ж.д. путям, там выскочил примерно взвод прорыва майкопских ребят, ну прорыв как.прикрытие, пока всех остальных раненых вытаскивали и всех, кто мог ходить. У меня ранение уже было кисти, контузия, но лёгкая, по башке ебануло как следует, ненадолго отключился, но, слава Богу, слух не потерял, а вот кисть правая не работала. Перезаряжал автомат, блядь, ногой, стрелял с левой руки уже. Захару палец отрезало, точно также, правая кисть, большой палец, насколько я знаю, пришили его назад потом.
Погрузились в БМПшки, там много раненых, забили прямо сплошняком, даже сверху на броню складывали.

Так вот, вытащили мы Бурлакова. По путям до БМПшк донёс. Спрашиваю - мне с вами ехать? Он говори -, нет, оставайся с подразделением своим, меня не надо, я с ребятами выскочу, и выходи со всеми. Ну и всё, БМПшки отправились, это потом мы уже узнали, что их по дороге разъебашили, а мы дальше на выход по путям со 131-й майкопской бригадой.

командир 2 мср 131 омсбр В. Николаев

Ком 1 тр 9 отб А. А. Суфрадзе:
"С вокзала я уходил на своей 72-ке, с роты [Т-72А №517 (Лыков, Поздняков, Шачнев)]. На броне лежал не только Аденин, а человек 20.
Если выходить с вокзала к рельсам, то мы ушли направо, через город мимо стадиона ушли на дачи.
Танк не мог подниматься, т.к. был весь простреленный (фактически не работал; последний выстрел сделали уже как уходили, далее он заглох, т.к. почти всё было пробито; да уже и топлива не было, ничего не было; его пришлось поставить на растяжки). Только мы поднялись в гору, он взорвался, трансмиссия пробита, баки пробиты, всё пробито, он ехать не мог, вот на нём раненых всех и вывезли. Вообще выходило порядка 100 человек
[на деле 142, как мы уже знаем]".

Однако, танк Т-80 действительно был у вокзала в момент выхода. О дальнейшей его судьбе пока не известно. Вот, что рассказал про это Вадим Шибков:
"Танк, который выходил - это танк 81 полка - это точно, т.к. там майор какой-то был, он за рычагами был танка, там механик у него погиб, вот, он так и говорил, говорит, механик у меня погиб.
Мы с комбригом ещё так на него посмотрели, "не нравится тебе этот майор", - я говорю:
- Не нравится, но удостоверение-то у него в порядке.
Но он так смело ходил там, по привокзальной площади, говорит, там никого нету, да там всё нормально, нормально…
И всё вокруг, везде стрельба, вокзал шатается. < ... > по Суфрадзе получается, что мы шли за 72-кой, а куда тогда делась 80-ка я не знаю, странно, но была 80-ка".


Действия группы прикрытия


*******************************************************************************************************************

Рассказ Николая Рябцева о выходе с вокзала (информация получена от Рустема Максовича Клупова).

Николай Рябцев:
"Когда раненых вынесли, Максыч опять на вокзал забежал, проверил все комнаты (в которых не было боевиков) чтобы не осталось раненых. После этого опять занял позицию на том углу вместе с сержантом (предположительно Майоров).
После этого начала отход 3 мср. Как она вышла, Максыч остался, тот сержант и ком 2 мср Валерий Николаев.

После того, как погрузили раненых на танк, начали грузить на две БМП во дворе стройки. Но моя БМП уехала, а вторая завелась (всё-таки она завелась), но она до этого была подбита и дюриты в ней были перебиты, поэтому у неё двигатель сразу "поймал клина".

Значит, по словам Максыча, на "моей" [ушедшей с раненными под командованием Чумака] БМП были: механик-водитель Ильгов, подполковник Клапцов, прапорщик Керим-Заде, подполковник Зрядний, лейтенант Коваленко. Оказывается, мы при отходе протаранили какой-то Камаз, который стоял поперёк дороги. Максыч мне называл фамилию бойца Акимов, которому при этом ещё и ноги перебило И сбросило с машины. А я и не почувствовал.

Не зная, что вторая БМП не завелась и думая, что никого не осталось, Клупов, Майоров и Николаев начали отход вдоль железки в сторону парка Ленина.
Пройдя, какое то расстояние (как выяснилось до товарки), услышали крик: "Я рядовой такой-то, 81-й самарский полк. А вы кто такие?"
Клупов ему: "Командир роты Майкопской бригады".
Подошли ближе, Максыч спрашивает у него: "Ты откуда здесь взялся, добросовестный солдат?".
Тот в ответ: "Я стою здесь на посту".
Клупов: "А где твой командир роты?"
Самарец: "Ротного убило, остался замполит, там во дворах", - [боец ошибся, командир 1 мср А. Березуцкий даже не был ранен].
Максыч: "А что они там делают?"
Самарец: "Да они там технику заводят".


Между навесом и зданием распологался пост Самарцев

Максыч приказал его позвать: "Скажешь ему, что его старший по воинскому званию вызывает".
Прибегает замполит.
Максыч спрашивает: "Ты получил команду на отход?"
Замполит: "Получил?"
Максыч: "А какого не отправляешься?"
Замполит: "Да вот, БМП завожу".
Максыч: Откуда у тебя БМП?"
Замполит: "Как откуда? Мы их здесь в гаражах сберегли", - [замполитом был 1 мср 81 гв. МСП капитан Дмитрий Архангелов].

Максыч: "Ну ладно. Давай заводи, выгоняй на дорогу (Н. Рябцев - мне показал на ул. Поповича), БМП в колонну, раненых на броню, всех живых справа и слева вдоль дороги пешим ходом. Выдели боевое охранение впереди, а за тыл не беспокойся, тыл я тебе прикрою. Я следом за тобой пойду, сзади".

Замполит убежал, потом Максыч смотрит, первая БМП вышла, вся усыпана народом, вторая БМП... И тут к нему подбегает тот сержант - Майоров и говорит: "Товарищ капитан - духи".
Они втроём залегли за шпалами (где тот часовой был) и видят, со стороны вокзала на них человек 20 идут. В свете пожара их фигуры хорошо были видны, а наших из-за чёрных шпал не видно было.

Максыч: "А ну-ка, подпускаем метров на двадцать их и валим всех, чтоб не одна сука не ушла". Они залегли и приготовились.
Когда та группа подошла метров на 50, Максыч услышал оттуда: "Чё бросил? Неси сука! Давай, ёб твою мать, я сказал, неси сука!"
Максыч Николаеву и Майорову: "Стоп, не стреляем, кажется, наши идут".

Подходит та группа, оказалось, что одни солдаты, без офицеров, и тащат раненых и одного убитого в нижнем белье (почему-то).
Максыч у них выяснил, что они тоже из Майкопской бригады и тоже из вокзала. Спрашивать времени не было, откуда они там взялись (ведь Максыч всё проверил).
Он останавливает третью БМП и сажает их всех туда.

Об этих же событиях свидетельство очевидца (1 мср 81 гв. МСП):
"Рота держала оборону весь первый день наступившего года. Часов в восемь, когда стемнело, вдруг обнаружилось, что сосед справа... ушел. Там стояли три "бээмпэшки" из майкопской бригады. Уехали они в сторону железнодорожного вокзала. Нам ничего не оставалось, как занимать круговую оборону. Собрали людей и сказали, что надо быть готовыми ко всему...

Ближе к ночи в нашу сторону стала пробиваться какая-то группа. Сразу подумали, что это боевики, и заняли позиции. Ждали момента, когда они приблизятся. Спас... русский мат! И мы тут же услышали: "Мужики, сюда!". Оказалось, что это наши прорываются из окружения. От них и узнали, что есть приказ отходить". Эта группа из майкопской бригады пробиралась с железнодорожного вокзала. Они сказали, что невдалеке несут раненых. Надо помочь".

И тогда, как Максыч говорит, у него начало "рвать крышу". Он начал вспоминать: "Где я их проглядел, вроде везде посмотрел, там посмотрел, там посмотрел. Единственно - в подвал не слазил, но там ведь уже духи были, как они смогли прорваться оттуда?" Он Николаеву говорит: " Валер, нам нужно на вокзал возвращаться, там ещё могут быть раненые, если эти откуда то появились, значит ещё могу быть".

Прибегает самарец-солдат и говорит: "Товарищ капитан, мы к движению готовы".
Максыч ему: "Передай замполиту, чтобы вы шли, а мы здесь остаёмся и прикрываем вас".
Они остаются там и готовятся пойти назад к вокзалу. и тут начинает работать вдоль всей железке артиллерия десантуры (Ноны, прикрывали отход своей разведки).
Стреляли рубежами и Максыч, видя, что огневой вал идёт на них, приказывает своим накрывать сверху шпалы.
Только успели прикрыться - рядом накрыла артиллерия. После налёта артиллерийского, Максыча убедили, что втроём они мало кого вынесут, и они начали отход в сторону парка Ленина.
Встретили по пути БМП-1, разутую и БМП-2 с заклиненным движком.
Как говорит Максыч, он после этого 2 года мучился, не мог понять, как он раненых на вокзале мог оставить. Только потом, найдя этих солдат, выяснил, что они с той БМП, которая поймала клина на стройке.

А дальше они втроём дошли до парка Ленина, встретили десантуру.
Максыча поднял к себе на БМД какой-то полковник, начал "пытать", что да как.
Максыч им: "На броне туда идти сейчас не надо. Они её ждут и готовы встретить. Нужно идти пешком".
Полковник: " А вы на чём входили?"
Максыч: "На БМП-2 и на танках".
Полковник: "И где они?"
Максыч: "Там".
Полковник: "Вы чё, бросили технику?"
Максыч: "Там ничего уже не осталось".
Полковник: "Как не осталось?"
Максыч: "Пожгли".
Полковник как это услышал, начал по рации: "Сила", "Сила", дай команду отходить. Там пехоту на танках и БМП пожгли, а мы на БМДшках тем более погибнем".

генерал-майор Иван Ильич Бабичев

Бабичев Клупова сначала попросил с Теплинским туда пойти, мол проводником. Но потом, наверное, сжалился, сказал с остатками бригады выходить.
Ну и правильно, а то для Максыча это бы были уже 2,5 суток непрерывного боя.
Максыч так рассказывает - Бабичев говорит:
"Приказывать не могу, прошу - проведи мою разведку до вокзала". Ну, Максыч мужик безотказный - надо, так надо (хотя до этого смерти сколько в глаза смотрел). Но потом, когда уже собрались, и он с Теплинским познакомился, пришел отбой. Максыч говорит, что про себя перекрестился".


Отход с вокзала


Из наградного листа майора Клупова Р. М.:

< ... > Убедившись, что основные сипы батальона ушли на безопасное расстояние, без потерь отошел со своей группой на товарную станцию, где организовал отход своих соседей 5 мср 81 мсп [здесь ошибка, на самом деле - 1 мср 81 гв. МСП]. Уцелевшие 3 БМП соседей отправил на прикрытие группы командира бригады. Сам же снова остался обеспечить отход соседей. И только убедившись достоверно, что преследования нет, стал отходить со своей группой в направлении ЦПКиО им. Ленина, как было предписано командиром бригады.
Выйдя в парк к расположению генерала БАБИЧЕВА в начале суток 02.01.1995 г. своими предложениями, помог успешным действиям по взятию вокзала разведчиками этой группировки.
С рассветом 02.01.1995 года собрал остатки 131 ОМСБр, находящиеся в ЦПКиО им. Ленина и вывел их из города Грозного в район сосредоточения бригады. Откуда был незамедлительно эвакуирован в госпиталь г. Ростова-на-Дону.
В ходе боя за вокзал с 31.12.94 r. по 02.01.95г. своим подразделением уничтожил около 60 человек противника, несколько орудий, при этом лично 5 огневых точек противника.
Указом Президента Российской Федерации № 1359 от 12.09.1996 года майору КЛУПОВУ Рустему Максовичу присвоено звание Героя Российской Федерации.
Капитан КЛУПОВ Р.М., будучи контуженным и раненым в ногу, с двумя товарищами сдерживали натиск наседавших боевиков. Сами отошли только после отхода основных сил и вышли в расположение группировки генерала Бабичева в районе ПК и О им. Ленина.
Связавшись со своим командованием, капитан КЛУПОВ Р.М. получил задачу собрать вышедшие из окружения подразделения и вывести их из города. Построив колонну из 2-х БМ, 3-х автомобилей с личным составом в количестве 40 офицеров и солдат, выдвинулся в направлении аэродрома Северный. Колонна на выходе из города попала в засаду, но, ведя огонь, сходу прорвалась через позиции боевиков и вышла в расположение бригады.
Капитан Клупов Р.М. в тяжелом состоянии вертолетом был направлен в госпиталь.
За время боевых действий подразделение, которым командовал капитан Клуппов Р.М., уничтожило 3 танка, 3 орудия, 2 БТР, 12 огневых точек и около 60 боевиков, лично капитан КЛУПОВ Р.М. уничтожил 1 танк, 5 огневых точек и 9 боевиков.
Вывод: За героизм, проявленный при защите конституционного строя Российской Федерации, достоин присвоения звания Героя Российской Федерации.
[От руки дописано]: В ходе прорыва в колонне потерь не было, что было достигнуто смелыми и решительными действиями капитана Клупова Р.М., который в сложной обстановке не растерялся и принимал правильные, обоснованные решения.

*************************************************************************************************************************************

Бригада отходила с вокзала несколькими группами и по разным маршрутам:

- первой отошла группа на БМП под управлением п/полковника Чумака;
- за ней , примерно через 30-40 минут (по информации от Вадима Шибкова) отходит вторая БМП (у нее позже заклинит двигатель);
- основная группа вместе с командиром бригады;
- еще одна группа вместе с танком Т-72А №517 131 ОМСБр. Танком управлял командир 1 тр 131 ОМСБр ст. лейтенант Суфрадзе, он был на месте наводчика. На месте механика был ст. лейтенант В. Данилов;
- возможно танк Т-80 81-го полка;
- группа командира 8-й тр 3 тб 6 гв. ТП, приданного 81 гв. МСП капитана И. Вечканова (совместно с остатками 2 мсб 131 омсбр);
- группа, под управлением командира обс 81 мсп Виктора Ситникова (информации мало, В. Ситников находился в здании вокзала с ночи 1-го января); - группа л-та Валуйского (7 тр 3 тб 6 гв. ТП, приданного 81 гв. МСП).
И. Вечканов: "С Ситниковым я уже встретился в здании старого вокзала, он контуженный был, за спиной 159-й станция. С Никулиным - НШ дивизии, входил в связь. Он что-то Ситникову говорил, тот туго соображал, сильно контужен был, действия у него были чисто автоматические, не соображающие".

Достоверно о группах 131 ОМСБр с приданными подразделениями и 81 гв. МСП с приданными подразделениями, отошедших с вокзала, известно следующее:

1. группа начальника связи бригады подполковника Анатолия Михайловича Чумака на БМП.

Машина уходит первой от вокзала и была подбита на Старопромысловском шоссе.

Известно, что в ней находились:
п/полковник Чумак, механик-водитель Ильгов, п/полковник Ю. Клапцов, прапорщик Мамед Керим-Заде, п/полковник В. Зрядний, лейтенант Коваленко, рядовой Н. Рябцев. Всего, со слов мл.сержанкта 3 мср 81 гв. МСП М. Трифонова, 42 человека.

Подполковник Владимир Иванович Зрядний, начальник группы планирования отдела боевой подготовки 67 АК (в/ч 20650, Краснодар):
"Он (полковник Савин) дал команду: "Выводите БМП!" Напротив здания вокзала гостиница ["стройка"], завести туда БМП. И часов около пяти вечера туда повели раненых, начали туда перемещаться.
В эту БМП, которая была подбита, но на ходу, в нее начали заталкивать, сколько можно было людей заталкивать! Во внутрь - в десант, в башню, куда можно было, и сверху тоже. Столько людей село на броню, что прямо была облеплена эта машина, там не то что негде было присесть, встать негде было. Все считали это той ниточкой, которая еще могла связывать людей с жизнью!
Я находился прямо на эжекторе БМП, кто сидел за мной, держался за полы бушлата, за что можно было взяться.

Мл. сержант Максим Трифонов из 3 мср 81 гв. МСП:
"Первым делом стали эвакуировать раненых. Их понесли на руках к поликлинике ["стройка"], где стояли БМП. На первую машину посадили 42 человека".

Николай Рябцев:
"Значит, по словам Максыча, на "моей" БМП были: механик-водитель Ильгов, подполковник Клапцов, прапорщик Керим-Заде, подполковник Зрядний, лейтенант Коваленко".

Вадим Шибков:
"Чумак, начальник связи бригады, он выходил с ранеными, там оставалось 2 БМПшки, они, по-моему, бригадные были, и БТР был КШМ 145, при мне его пытались завести, толкали бэхой, одну так и не завели, или она подбитая была [на самом деле, как сообщил Р. М. Клупов у этой машины заклинил двигатель]. Подогнали одну и погрузили туда максимум раненых. Чумак старшим пошёл на на БМП, которая загружалась на товарном дворе около тех. конторы и они ушли где-то на 30-40 мин раньше это точно, ещё комбриг ему ставил задачу - выходи по Маяковского, она широкая, для манёвра есть место, потому как стрелять уже из неё с башни нельзя, потому как под башней раненные на носилках были, но манёвр какой-то был.
И вот он на неё пошёл по Рабочей на Маяковского, где их сожгли - я даже не знаю.
Чумак долгое время числился пропавшим, а его потом, мне сказали, толи в 2005-м, то ли как-то так, признали погибшим, то есть его, вообще не нашли".

прапорщик Мамед Керим-Заде

Старшина роты 131 омсбр, прапорщик Мамед Керим-Заде:
"Её подбили тремя гранатами. Сначала справа по борту ударили, по правому ... десанту. В борт.
Все, кто сидел, справа в десанте, погибли. Потому что, когда очнулся десант как был закрыт, так и остался. Солдаты, которые были со мной, сказали, что десант не открывался.
После выстрела справа ещё было два выстрела слева ... ну с той стороны, где я сидел сверху на броне. После третьего выстрела я, как говорится, улетел с брони и потерял сознание, а когда очнулся - уже в плену".

Нач. опер. отдела 131 ОМСБр п/полковник Ю. Клапцов:
"БМП скорее всего 1 мсб. В неё загрузился я, Зрядний, Мамед Керим-Заде, Чумак. Ехали мимо частных домов и товарки, частные справа (ул. Поповича). Повернули налево, и ушли к парку, там мы подошли к площади у парка и тут со здания, 5-этажного по нам начали стрелять, попробовали попасть из гранатомёта. Отбиваться могло человек 4-5. Я тогда сказал, в парк мы не пройдём, давай на разворот. Развернулись и пошли в обратном направлении, как бы как параллельно Маяковского и вышли в Старопромысловский район".

Схема выхода БМП по управлением п/полковника Чумака

Подполковник Владимир Иванович Зрядний:
"<...> БМП выехала дворами, ее не обстреливали, потому что интенсивно стреляли по зданию вокзала.
Водитель проехал порядка полутора километров прямо, потом была развилка дорог, он повернул налево.
Кто-то кричит: "Неправильно поехал, надо ехать в противоположную сторону!" А уже метров, наверное, триста, может быть, чуть-чуть больше проехали!
Ну, солдат развернул быстро. В это время выстрелил гранатомет, и потом было еще два, машину понесло, ударило ее о бордюр. Я упал и оказался впереди, за ступеньками дома, и пополз вперед вдоль здания, где-то метров 30 и притаился.
Механик-водитель завел заглохший мотор, попытался возобновить движение - тогда БМП сожгли из гранатомета. Я отполз, началась стрельба из автоматического оружия, рядом солдат застонал: "Помогите, спасите!" - и буквально в двух шагах от меня: "Сейчас мы тебе поможем! Эй, поднимайся солдат!" И подходит ко мне, ногой толкнул, я говорю: "У меня нет оружия!" - "Ну-ка, вставай!"
Потом оттащили меня метров семь от этого места, раздели, сняли ремень, проверили, нет ли у меня гранат, автомата - у меня было два магазина с патронами, все!
Кто меня пленил... - Акбар, по-моему, зовут - говорит мне: "Ты кто? Я тебя сейчас зарежу!" Я говорю: "Я военнослужащий, подполковник!" Он говорит: "Это тебя спасло то, что я тебя сразу не прирезал! Потому что ты будешь нужен нашему штабу и расскажешь все, что ты знаешь!"

Николай Рябцев:
"Подбили нас из РПГ, первый раз промахнулись, а во второй в правый фальшборт попали( я на левом был), одновременно из огнестрельного по нам добавили.
На сколько, я помню, из нас всех только у одного автомат был. Вот он один и отстреливался пока не заглохли от того попадания из РПГ.
Пососкакивали мы, кто в живых остался, и на землю. Чехи нас голыми руками, как говорится, взяли. Из всей БМП только я и один подполковник из Краснодара из штаба 58 Армии (Царство ему Небесное) [Зрядний] остались в живых. Остальных добили. В том числе и комбриг тогда погиб [На деле выжило гораздо больше человек, и, как мы потом с Николаем выяснили, шёл он не в БМП с Савиным, а с Чумаком...].

Подполковник не знаю как выжил, а я просто убитым претворился, когда они раненых ходили добивали.
Меня тоже двое нашли, потому что под мной бушлат дымился (осколки от РПГ попали в руку, когда по БМП попали). Сначала один подбежал, молодой, весь в чёрное одет. Я перевернулся, на пятую точку сел. Один спрашивает: "Что раненый? Где оружие?" Я говорю: "Нету". Он мне: "Не ври, найду - расстреляю".
Я ему: "Нету, ищи".
Обыскал меня, по земле рядом пошарил, тут другой подбегает. Первый ему говорит: "Вот раненный, вообще-то добить надо". Второй ему: "Да, надо".
У меня чуть не вырвалось: "Да ну на хуй!" - уже на языке вертелось. Если бы сказал, наверное, точно прибили. За 30 лет, это мой самый адреналиновый момент, тем более, что рядом, метрах в 20 ходили и других пацанов добивали.
Не знаю, почему, но после того, как они согласились, что меня надо добить, они сразу куда-то убежали. То ли рядом перестрелка какая-то началась, то ли ещё что, не знаю. Убежали и не вернулись.
Потом, когда чечены убежали, отполз, встал на ноги (больше всего боялся что не смогу встать) и пошёл.
Прошел какой-то завод [ЗЭС], перелез забор, зашёл в пятиэтажку, на втором этаже постучался в дверь. Открыл чечен пожилой, который отвёл меня к своим русским соседям по площадке. Там в ванной комнате (я так понял, что все мирные жители, которые под бомбёжку или при штурме остались в квартирах, все в ванных комнатах сидели) дали они мне штаны гражданские (мои ещё на вокзале медики все порезали) и чем-то попоили. Тут и заходит сосед их, а в месте с ним, два или три боевика".

путь отхода Николая Рябцева

Пояснения к схеме:
- В какой-то двухэтажный дом я заходил, полуразрушенный;
- куча кирпича была на углу у забора на территории ЗЭС;
- красным - это мой путь до того, как меня чечены приняли, в пятиэтажку они за мной пришли;
- а дальше синим - это путь к ним на "базу", она была в подвале того дома, вход в который был с торца.

Николай Рябцев (пересказал Мирошник Сергей):

"Я был однозначно на самой первой БМП, потому как я по рельсам не отходил, а грузился во дворе стройки. Соответственно, я отъехал с вокзала раньше Шибкова и мы у десантуры не останавливались. < ... >
Дорогу то не видел. По моим ощущениям (я же на дорогу не смотрел) мы с Маяковки свернули на Старопромысловское, проехали какое-то расстояние, развернулись (как говорил Зрядний, кому-то показалось, что едем не туда) и поехали назад к Дому Печати. Механы только одну дорогу знали назад, как в город входили. Тут нас и подбили. После этого, минут через 5 по направлению к Дому Печати пронеслась БМП, полная людей на броне. < ... >

Мы не плутали, а мчались на очень приличной скорости. Мы минуты 3-5 ехали, не больше, ибо на большой скорости летели. Остановились только раз, когда разворачивались.
Какие раненые были в десанте БМП - не знаю, так же не видел, открывались ли десанты или нет. Но я думаю, что не открывались. Почему? Потому, что если бы там были раненые, даже легкие, они бы при покидании десанта вряд ли тяжёлые двери бы закрывали. А они были закрытые, когда машина завелась через минут пять после попадания. развернулась, выехала на шоссе и попыталась уехать в сторону Садового.
Вышло как, с Маяковского по Старопромысловскому в сторону Садового выехали. Далее развернулись и поехали назад к Дому Печати, потом подбили, мы повыскакивали. А БМП завелась опять, опять развернулась и поехала опять же в сторону Садового, но проехав не долго и её второй раз подбили. Развернулись к дому печати чисто случайно, кому-то на броне показалось, что не туда едем.

Старопромысловское - это точно место моего подбития. Сопоставил дома в окрестности. Нашёл все дома, в которых был и расположены они точно так, как я помню. Дорога, дома, завод (сейчас оказывается, что ЗЭС) - дом с боевиками - дом, куда зашёл я. Другого такого места в Грозном нет.
Нас подбили, когда БМП ехала к Садовому. Если допустить, что моя БМП после того, как я оттуда отполз и зашёл в дом, третий раз завелась и тронулась, проехав немного в сторону Садовой, её опять подбили уже окончательно и она в столб. < ... >

Когда за мной чечены пришли, русские, у которых я был, попросили чеченов, чтобы меня не убивали, те сразу сказали, что меня на их пленных обменяют. Но я не поверил, думал, сейчас расстреляют. Когда вели к подвалу, думал, что к стенке этой пятиэтажки поставят. К тому времени уже устал бояться, поэтому сильно страшно уже не было. НО! Когда завели в подвал, мне их старший с порога спросил - "что раненый? Ничего, до свадьбы заживёт". Я тогда охренел про себя, думаю до какой свадьбы? Но как оказалось, они не шайка типа бараевских, а "цивилизованные" ополченцы, которые подчинялись Масхадову.

Изначально я штурмовал в БМП №330: Командир - лейтенант Михеев, пулемётчик - Бухов, ещё кабардинец один, наводчик-оператор пацан с Урала, механа не помню.

Очевидец, местный житель:
"БМП подбито у остановки "Автобаза", одна стоит прямо на светофоре в сторону Дома Печати [№618], вторая чуть сзади с обратную сторону [Чумака], если мне инее изменяет память - перекрёсток Старопромысловское шоссе - ул. Тучина. Рябцев побежал вдоль забора ЗЭС, в конце наш дом - ул. Тучина 4/10.. Он был с первой БМП. Он к нашим соседям прибежал. Его потом один стукач сдал боевикам. Вторая группа, как я понял, ушла в противоположную сторону на Автобазу и Гаражную улицу. Во дворе автобазы ещё трупы офицеров лежали. Я сам всё это видел 3 января. Более-менее затишье было. И боевики лазили туда - сюда".

БМП под управлением п/полковника Чумака на Старопромысловском шоссе

Группа полковника Ивана Алексеевича Савина.

После отхода БМП с группой п/полковника Чумака, через 30-40 минут по железной дороге отходит основная группа вместе с комбригом.

Вадим Шибков:
"После ухода её [БМП Чумака] все по железной дороге двинулись туда, хотели взять товарища-проводника, но ему как-то дали уйти, не знаю, недоглядели, убежал. Вот мы пошли, я не помню, сколько прошли, не могу объёмно сориентироваться, слишком много информации тогда было, но недалеко ..."

Одновременно с этим заводится вторая БМП, отъезжает от вокзала, но через некоторое время (практически сразу) у машины клинит двигатель.
К этому моменту у вокзала остается только группа прикрытия из 3-х человек под командованием капитана Клупова. Рустем Максович проверяет здание вокзала и убедившись, что никого не осталось, отходит со своей группой вдоль стены недостроенного здания к Товарной станции.
Группа со второй БМП (с заклиненным двигателем) оставляет машину, выходит также на железнодорожные пути и позднее догоняет первую группу (группу с комбригом).

Николай Рябцев:
"Получилось так, что осталось трое только, Максыч Пащенко (командир 1мср) поставил задачу остаться на вокзале и прикрывать погрузку раненых, когда Максыч лежал на том углу, а раненые ещё не успели далеко отойти от вокзала, Пащенко с людьми оставил вокзал и начали отходить. Видимо вышла нестыковка".

Вадим Шибков:
"Ситуация какая: те, кто прикрывал отход с вокзала, пехоту эту, по-моему 3-я рота, то, что они без потерь нас прикрыли - это точно. Они отрезали, духам не дали за нами даже двинуться и потом сами свернулись. Там договаривались, как выходить, связи уже никакой не было между управлением бригады и этим вот заслоном, задача им ставилась, продержаться определённое количество времени, немного, чтобы дать возможность раненых погрузить.
А потом сниматься и отходить, вот они нас догнали, потому что мы и всех раненных не смогли загрузить, на себе несли, друг другу помогали, но тяжёлых, по-моему, практически всех загрузили, которые ходить не могли. Ну а ребятишки, которые с лёгкими ранениями, они нас тормозили, конечно. Те догнали ребятишки нас, начали помогать, перекладывать кого-то ... [на самом деле - это были бойцы со второй БМП. Вся группа прикрытия состояла из 3-х человек под управлением капитана Клупова].

Далее, уже вместе, эта группа выходит к товарной станции (к зданию "Управления"), где находились бойцы 1-й мср 81 мсп и три боевые машины пехоты [Очевидно, что группа, в которой находилось большое количество раненых, достаточно сильно растянулась. Непосредственно Савин вышел к Самарцам несколько позже, так как Рустем Максович сообщил, что подошли "... одни солдаты, без офицеров, и тащат раненых и одного убитого ...".
Далее начинается погрузка раненых 131омсбр на БМП 81 полка, в основном на 3-ю БМП.
В это время Рустем Максович принимает решение идти обратно на вокзал и выдвигается со своей группой в этом направлении. В этот момент, к Самарцам подходит вторая часть группы вместе с комбригом]
".

Дмитрий Архангелов:
"Вечером 1-го все стали собираться уходить. Тут идёт кто-то от вокзала, насторожились, думали боевики. Оказалось наши, отходят майкопцы с раненными.
Командир их подозвал к Савину [Дмитрий Алексеевич подтвердил, что сначала к ним вышел Клупов, а комбриг позже, Рустема Максовича к тому моменту с ними уже не было]. Он представился, что он комбриг, что полк придан бригаде, и мы поступаем в их распоряжение. Рассказали сколько нас и чего.

Он сказал: "Вы нам приданы, я беру управление вами на себя".
Он говорит: "Собираемся, отходим, есть приказ, поможете нести раненых, отходим пешим порядком".
Я говорю: "А чего пешим, мы сохранили 3 БМП".
Савин воодушевился, где? Говорю тут, завели в здание, гаражи. Он сказал - всех раненных грузить на БМП, остальные пешим, сам сел в 1-ю - 618-ю, второй пошла 610-я, а я пересел в 3-ю - 612-ю, раз такое дело.
Решил выходить на Северный, раненым помощь была нужна, в парке неясно что".

Выход БМП-2 №618

В головной машине БМП-2 №618 находились:
- комбриг Савин;
- начальник артиллерии бригады Сащенко;
- авианаводчик ГБУ "Акула-1" Вадим Шибков;
- начальник группы "Акула-1" Евгений Покусаев;
- механик-водитель группы "Акула-1" Воробьёв;
- еще один офицер от группы "Акула-1" (фамилия засекречена, попал в плен, был освобожден, жив);
- Дмитрий Мартемьянов;
- Дмитрий Теплов;
- Сухарев Дмитрий Владимирович;
- Дамир Нигматулин;
- Клюев Алексей Вячеславович (вероятно был в БМП № 618);
- Олег Иванов;
- ...

Во второй машине БМП-2 №610 находились:
- командир 1 мср 81 гв. МСП капитан Березуцкий;
- механик-водитель этой машины Кулагин Сергей;
- механик-водитель БМП №124 (№123?!) 1 мсб 131 осмбр Удовицкий;
- Числяев Сергей;
- зампотех тр 9 отб, Чуванов Валерий (вероятно);
- Александр Валерьевич Микряков (скорее всего входил в экипаж этой БМП);
- ...

Замыкала колонну третья БМП-2 №612 с ЗКВР 1 мср 81 гв. МСП капитаном Архангеловым.

Ст. прапорщик 131 омсбр В. Шибков:
"В них сели комбриг, начальник артиллерии бригады, офицеры группы боевого управления авиации "Акула-1".

Схема выхода 2-х первых БМП-2 (№618 и №610)

Механик-водитель В. Удовицкий:
"На первой машине был комбриг, раненые были в десанте, а вся пехота, кто мог ходить, вся сидела на броне. Я был во второй машине. <...> Я ехал в башне. По пояс стоял".

Вадим Шибков:
"Я ещё посмотрел, когда все залезли, механик мой залез, Женя Покусаев, я говорю: "да ладно езжайте, выберусь я как-то", ну там уже некуда было. Я смотрю, там уже и раненых, ну они, давай, затащили наверх. Я там, кое- как, за пояс и за БМП держался, практически висел. Думаю, блин, сейчас стрелять придётся, не отпустишь, ничего".

Далее колонна из трех БМП выходит на железнодорожные пути и начинает движение в сторону парка им. Ленина.

Очевидец (1 мср 81 гв. МСП):
"Одна машина была у нас на ходу, а две другие завели с буксира. Погрузили всех людей на броню. В том числе 15-20 раненых - из второй роты и из майкопской бригады. Поехали вдоль железной дороги. Человек, сидевший в головной машине, видно, знал, куда ехать, у него была схема города. Время приближалось к полуночи. < ... > ".

Дмитрий Архангелов:
"Как вышло, что 3-я отстала. Первые 2 быстро загрузились, а на мою всё садятся. Ещё подошли раненные (тех, кого несли от вокзала), БМП первые две начали трогаться.
А мы ж не можем, ещё не все загрузились. Тронулись, а фары-то не включали. Но повезло, догнали.
По железке, когда две первые шли, от их гусениц искры по железу, вот так и увидели их, догнали.
Стали в колонну, пошли с рельс через товарку по Маяковского, дошли до пл. Дружбы народов, впереди бой, тут десантники стоят (те, что потерялись?). Сказали, далее нельзя. У них тут потери.
Долгое время мы стояли напротив памятника Дружбы народов, там 3 человека таких. Впереди десантники вели бой и напрямую, мимо Дома Печати, нельзя было проехать. И вот к первой машине (№618) подбежали один или 2 офицера, и они раскинули карту и стали смотреть каким путём можно всё это дело объехать, стояли минут 10-15 они там, решали.
И вот там ещё было что-то вроде Чеченглавснаба или что-то такое, огороженная такая территория забором, и вот они, видимо, решили объехать кругом это всё. Мы развернулись, пошли кругом и рванули по узкой заковыристой улочке и выскочили, как я понял, на Старопромысловское шоссе ...".

Очевидец (1 мср 81 гв. МСП):
"Машина, в которой находился капитан Д. Архангелов, походила на ком, облепленный живыми людьми. На ней было с полсотни солдат, лежавших буквально штабелями. Каким-то невероятным образом туда взгромоздились еще несколько человек, которых встретили по дороге.
< ... > Вдоль "железки" прошли нормально. Подбирая всех, кто попадался на пути. И вышли прямо к Дому печати, где стояли наши десантники.
Они сказали, что впереди дорога закрыта шквальным огнем и у них уже подбито четыре машины. Десантники стояли и ждали приказа.
Мы и у них забрали раненых".

Вадим Шибков:
"Потом через переезд переехали и встретились с десантурой, 2 штуки БМД (или больше, не помню), я ещё подходил к ним, старшего подводил к комбригу, они там ещё о чём-то разговаривали.
А вот 3-я БМП откуда взялась, не помню, честно, вот потом шло 3 БМП. Потом мы повернули, выскочили на Старые промысла, повернули направо, к Дому Печати, ну и практически там нас и "алёкнули", и 2-я БМПшка, а 3-я, где-то до этого развернулась на каком-то перекрестке, раз, и вот они вышли!"

Дмитрий Архангелов:
"Савин решил обойти, отошли чуть назад и обошли мелкой дорогой, вышли на Старопромысловское, мы чуток под отстали снова, т.к. десантники своих раненных погрузили ещё на нашу 3-ю, на вторую тоже несколько.
Развернулись, прошли улочкой, вышли на Старопромысловское. Идём, тут в 1-ю сразу 2 попадания, мы объезжаем, по второй первый мимо, второй в цель, её понесло вперёд юзом. Из неё много людей вышли в сторону Хмельницкого. Мы её еле обошли".

Очевидец (1 мср 81 гв. МСП):
"Двинулись в обход. Начали колесить по каким-то кварталам и вышли к тому же Дому печати, только с другой стороны. Город-то никто не знал.
Две машины в это время расстреляли из гранатометов. По 618-й ударили сразу из трех РПГ, и в ней сдетонировал боекомплект. Я своими глазами видел, как башня отлетела. В живых там не осталось никого….. < ... >".

Вадим Шибков:
"Видно малиновое пятно, когда стартовый заряд срабатывает на гранатомёте и вот чётко видно как он идёт, ну я единственно усёк, что они с земли работали, и я их чётко и загасил.
А потом вот эти уже выстрелы, они пошли, остальные, сзади и сверху, второй раз по БМПшке всадили, уже попали сверху по десанту, вот у меня там механика моего в голову цепануло, ну видимо струя кумулятивная расплёскивалась, с левой стороны его так, слегка, не очень серьёзно, кровищи много, но ничего страшного. А там с ранением в ногу парень был, у него ещё муха на спине была, я не знаю, куда он делся, а может быть он с 81-го полка был.
Подбили нас у автобазы №3, воняло больницей, то есть напротив 3-й горбольницы, отошли мы к Дому печати. Он никем занят не был. В БМП попал сначала один выстрел, под двигатель куда-то туда ушёл.
Я с БМП спрыгнул, она ещё не остановилась, только-только выстрел ещё чуть-чуть приостановил, понесло её, я с неё спрыгнул, обстрелял вот эту вот здание одноэтажное, через дорогу от автобазы, одну очередь усандалил туда.
Вторая БМПшка сзади шла, а у меня трассера через один в рожке заложены были. Вот я туда отработал, потом в меня кинули гранату духи, она разорвалась, шапку с меня сдуло. Я определил, что они там окопчик выкопали, думал, они со здания работают, потому что с БМП со второй она пошла сразу как светлячок, нас подбили, она остановилась.
Вот я подскочил к этому окопу, гранату туда положил, в этот окоп, ко рвам и вот в этот момент вторая граната - это было второе попадание в БМП [№618]. Они, когда я работал там, стояли [вторая БМП], первый раз как в нас попали, они остановились".

Бойцы 1 мсб 81 гв. МСП. Слева направо: Иванов Олег Александрович, Сухарев Дмитрий Владимирович, Нигматулин Дамир, Клюев Алексей Вячеславович. Находились при отходе в БМП-2 №618.

Изначальный экипаж БМП-2 №618:
- Мартемьянов Дмитрий, гвардии рядовой, механик-водитель;
- Сухарев Дмитрий, гвардии рядовой, пулемётчик;
- Теплов Дмитрий, гвардии рядовой, после ранения Клюева исполнял обязанности командира отделения;
- Нигматулин Дамир (в экипаже его звали Димой), гвардии рядовой, наводчик-оператор;
- Клюев Алексей Вячеславович, гвардии сержант, командир отделения.

Судя по тому, что практически все они числились в пропавших без вести, шли они в этом самом БМП.

Книга Памяти Самарской области:
О подробностях гибели Олега [Иванова] до сих пор известно немногое.
Утром 1 января раненного рядового Иванова видели у здания управления железной дороги Грозного. Тут держали оборону 131-я Майкопская бригада и 81-й полк.
Иванова перенесли в здание, а приехавший на танке врач осмотрел солдата, перевязал рваную рану на пояснице и стопу, ввел обезболивающее, вытащил пулю.
Дмитрий Архангелов:
"Ночью или под утро 1-го вышли от Черниченко 2 бойца, оба раненных, один серьёзно в позвоночник в районе поясницы/паха, второй ещё куда-то, их потом загрузили в 618-ю".
Вечером обороняющиеся получили приказ на отход. Олега, который мог передвигаться лишь на одной ноге, погрузили в десантное отделение БМП-2 №618. Возле Дома печати колонна отступающих нарвалась на засаду.
В 618-ю три раза попали из гранатомета. От взрыва вырвало кормовые двери, машина запылала. Больше никого из экипажа живым не видели... Более двух лет родители искали Олега. В марте 1997 года вызов в Ростов, тело №253 подходило, экспертиза подтвердила, что это он. В апреле 1997 года Олега похоронили. Награждён орденом Мужества посмертно…

Книга Памяти Самарской области:
Сухарев Дмитрий Владимирович. Гвардии рядовой, пулемётчик 1-й роты 1-го батальона 81-го Петроковского дважды Краснознамённого орденов Суворова, Кутузова и Б. Хмельницкого мотострелкового полка. Награждён орденом Мужества (посмертно).
1 января 1995 года рядовой Дмитрий Сухарев находился в БМП № 618. Дудаевцам удалось подбить эту боевую машину около дома № 2 на Старопромысловском шоссе чеченской столицы. Очевидцы утверждают, что Дима успел покинуть загоревшуюся бронемашину ещё до того, как сдетонировал боекомплект, однако был тут же сражён автоматной очередью.
Более двух лет Дмитрий считался пропавшим без вести, до тех пор, пока его тело не было опознано в 124-й судебно-медицинской лаборатории Северо-Кавказского военного округа. В июле 1997 года мужественный солдат был, наконец похоронен.

Книга Памяти Самарской области:
Клюев Алексей Вячеславович. Гвардии сержант, командир отделения 81-го Петроковского дважды Краснознамённого орденов Суворова, Кутузова и Б. Хмельницкого мотострелкового полка. Награждён орденом Мужества (посмертно).
< ... > 31 декабря батальоны 81 полка оказались в огненной западне. Вместе с остальными на улицах Грозного в полном окружении отбивал натиск боевиков и сержант Клюев. До тех пор, пока пуля чеченского снайпера не пробила ему грудь. Кто-то потом подобрал его бездыханное тело; отвёз в Ростов-на-Дону в морг. Оттуда и пришла в Самару страшная весточка.

Из статьи о Дамире Нигматулине в газете "Челябинский рабочий":
"Почти пять лет в рефрижераторном вагоне Ростовского госпиталя пролежал мумифицированный труп молодого солдата. На его запястье и лодыжке висели пластиковые бирки с номером 16. Почти пять лет никто не знал, что это был труп наводчика-оператора боевой машины пехоты N 618 Дамира Нигматулина. Почти пять лет он числился без вести пропавшим. < ... >
Гельжамал Лукьянова, мать Дамира Нигматулина: "В ноябре 1999 года пришла телеграмма: "Выезжайте в Ростов-на-Дону для опознания тела..." < ... >
А судмедэксперт мне бумажку сует: "...Смерть последовала в районе боевых действий в боевой обстановке. Причина смерти - взрывная травма. Множественные сочетанные осколочные ранения головы, груди и живота с повреждением внутренних органов. Посмертное обгорание трупа".
Читаю, а сама реву, ничего не вижу. "Неправда! - кричу. - Вы мне его покажите!" Принесли видеопленку с биркой "N 16, Старая Чечня". Показывают, каким мой мертвый сыночек пять лет назад был. И прямо, и сбоку, и со спины... Несколько раз мне ее крутили. < ... >
...Привезли его домой 30 ноября 1999 года в цинковом гробу со стеклянным окошечком. На следующий день в землю закопали. Стрельнули над ним из автоматов в небо - и все. И нет больше моего сыночка. Но я его все живым вижу, часто мальчонкой, в пионерском галстуке. Со знаменем он впереди отряда идет..."

Теплова Людмила Константиновна, мама Дмитрия (пересказано Сергеем Мирошником):
"Теплов Дмитрий Владимирович, рядовой 1 мср 1 мсб 81 мсп, командир БМП №618, считался пропавшим без вести, похоронили через 3 года, опознан в октябре 97-го".

Одна из БМП на Старопромысловском шоссе

Вадим Шибков:
"Евгений Покусаев погиб у той БМП, при выходе, первой БМП. Похоже, что труп на фотографии возле дерева это он и есть. Его опознали только по ДНК, где-то в феврале 1996г. К сожалению, фотографий Жени у меня нет, да и он прибыл к нам где-то 25-26 декабря, точно не помню. В БМП раз 10 влепили за всё это время".

БМП №610, вторая машина в колонне

В. Удовицкий

В. Удовицкий (механик-водитель БМП-2 131 ОМСБр), выходиший в БМП-2 №610:
"Первая машина, на которой ехал комбриг... её с гранатомёта. Мы по улице ехали... с гранатомёта по ней влупили. Она сразу встала.
Механик... просто пацан сразу сообразил, сразу по газам... Вторая машина, на которой я ехал. И пошёл обгонять эту машину и дальше, метров сто, наверное, да нет, поменьше - метров пятьдесят отъехали от этой машины и по левому десанту моей машины тоже гранатомётом влупили.
Меня взрывной волной выкинуло с машины. Я упал на асфальт. С перепугу начал палить по окнам. Уже патроны когда кончились, подумал, что надо откатываться к этому бордюру. К бордюру откатился - начали по мне свои стрелять.
Ну тоже там остались же парни, начали... Я начал кричать, чтоб по мне не стреляли.
У меня спросили криком: "Откуда ты, кто ты?" Я крикнул, что со 131-й бригады. И они меня к себе позвали.
Затем нас просто начали так же с трёх сторон обстреливать. Вот эту группу нашу, что оcталась <...> эта БМП - она дальше поехала ... на которой я ехал. Просто десант пробили и меня волной выкинуло. Она дальше поехала.
Пацаны тоже вышли, четыре человека - Числяев Сергей... И нас начали лупить с трёх сторон. Я находился рядом с комбригом всё время. <...> За угол зашли, а пацаны наши кричали: "Помогите, помогите!" Раненые, которые возле БМП остались. А я слышал голос этих чеченцев, что они говорят, пускай вам, мол, свои помогают. У меня внутри всё аж кипело".

Схема выхода 3-ей БМП-2 №612 (БМП-2 с капитаном Архангеловым)

Д. Архангелов:
"Что стало с Березуцким. Там ситуация такая: на машине 2-й выезжал, там же где Савин попал в засаду. Там же и в машину Березуцкого попало РПГ, его машину развернуло, люди стали спрыгивать, какая потом была ситуация, я не знаю, я знаю, что он потом вышел с бойцами, человека 3 или 4. А на товарной станции с Березуцким было всё в порядке. У нас потерь из личного состава роты не было, в других ротах были раненные - это да. Там доктор, который 1-го числа приезжал, ребят перевязывал, медпомощь оказывал. 31-го мы их сами перевязали, т.к. возможность была. Позволяла. Но именно врач 1-го был".

Вадим Шибков:
"Вот вторая нас обогнала, остановилась, в десант получила гранату, Удовицкого выбросило из башни. Наша БМП, она как свечка горела, взрывался внутри боезапас, она-то внешне может и целой остаться, но боекомплект, чего там [это объясняет пропажу экипажа, просто сгорели полностью].
Вторая БМП, механик там толковый, он сразу по газам и ушёл, потом стал, он стоял, она юзом пойти не могла. Вот он сразу остановился".

Рассказ Сергея Кулагина, механика-водителя БМП № 610:
"Я был механиком (ещё и старшим механиком роты), пулемётчик [старший стрелок] - Вова Дымов, наводчик Санёк Матвеев, командир роты [Березуцкий]. В десанте только один был десантник и всё, более никого в машине не было.

Мы вошли сразу за разведротой. Пехота шла по тротуарам, частный сектор как раз был. До перекрёстка Маяковского-Хмельницкого никаких обстрелов не было. Немножко прошли дальше, началась стрельба, с разведчиками началась стрельба, чуть не постреляли своих, кого то ранили. Потом сдали назад, полчаса ждали, наверное, чтобы артиллерия или самолёты. Потом пошли по улице с аллеей, мы по левой стороне. Вели огонь по всем окнам, кому первый этаж, кому второй. Как нам сказали: "лучше мы вперёд, чем они нас".

На скорости до вокзала прошли нормально, ничего не мешало. Дошли до перекрестка, чуть левее - дорога на ж.д. вокзал.
Чечена я там помню, стоял, я ещё передом развернулся туда, откуда шли, он вышел и провоцировал на стрельбу. Он без оружия был, обзывал, на БМП бросался, неадекватный, или пьяный, или под наркотическими веществами. Проклинал он нас, но нам дали приказ не стрелять, не трогали его.

Про отход.
Мы вышли, прямо по путям шли, антеннами даже задели, рации пожгли [об контактный провод].
Вышли на какую-то улицу, на 618-й как раз, два офицера с майкопской были, они говорят, что мы дорогу знаем. Прошли по прямой, как раз к десантникам вышли, они объяснили, типа давай разворачивайся в обратную сторону и будет там большая аллея, повернёте направо, там парк будет Ленина, там десантура стояла.
Как поговорили с десантниками, буквально на следующем перекрёстке повернули вправо. Мы чуть-чуть не доехали до парка, может квартал, не более.
Архангелов там что-то застопорился, раненных, что ли перекидывал, он нас попозже догнал, как раз БМП свернуло "618-е". Мы километров 50-60 шли, хорошо так.

Как подбили "618-ю", я встал, назад сдал, её объехал. Пока объезжал, меня Архангелова машина обошла. И, только я из-за "18-й" вышел, меня подбили, в правый бок треснули, попали один раз, как раз под мотор.
Меня оглушило, вся грязь в глазах, наводчик мне голову крутил, чтобы я объезжал. Тут давление масла пропало, я говорю, дальше соваться - где-нибудь под обстрел попадёшь, машина заглохнет и всё. Мы не далеко ушли, пошли вдоль забора до перекрёстка и встали прямо около ворот завода. Здесь еще раз попали в БМП, когда вылазили - по левому борту дали хорошо. Там была проходная, пути подъезда были, мы по путям вползали под воротами.
Там "Уралы" стояли шасси, база удлинённая, новые, без номеров. Мы ещё один заводить пытались, хотели на нём уехать, потом подумали, нет, опасно. На заводе цеха большие были, в одном, в котором сидели, на 1-м этаже столовая была, вообще этажей было больше 5, бомбоубежище было, дизель стоял в нём.
Ротного не было, ещё двое с ним ушли, а куда, никто не знает. Вообще с 610-й все живы, весь экипаж живой, а из тех, кого посадили не все. Когда по правому борту врезало, послетали, а вот кто на капоте сидел, на левой стороне, все целы остались. Я ещё как садились, говорю - за крючки ремнями цепляйтесь, чтобы не послетать. В десанте один убитый майкопский был, так и остался там. Преследования за нами не было, мы в бомбоубежище скрылись.

Мы сидели на заводе. У нас 2 или 3 раненых в ноги были. 2-е ушли, вернулись, мы перелезли через забор, квартала 2, наверное, прошли и вышли к десантникам в парк Ленина".

БМП-2 №612, 3-я в колонне

Дмитрий Архангелов (БМП-2 №612):

"Запутались куда поворачивать, и ушли вправо, снова к пл. Дружбы народов к десантникам. Те сказали идти в парк, ещё дали своих раненых.
Вот пришли в район парка. А он - не он, неясно. и как поняли. Увидели, что "ниточка" втягивается туда-туда [колонна разведчиков Теплинского встретивших Клупова]. Ну, так и поняли, что парк, сами в нитку встали в конце.
Никто не знал, что там какая-то база. Даже встреченные десантники были против похода в парк, там было тяжёлое положение.
Там нашли какой-то лазарет. Туда сдали раненных. Туда же в парк подтянулись потом остатки бригады и полка, что выходили пешком. Пока были на товарке, лица примелькались эти, то есть были знакомы внешне. (Клупов и Архангелов повторно встретились в парке и дальше выходили из города вместе).
Потом решили выходить. Собрали оставшуюся технику, людей. Но главный из десантников сказал, вы никуда не идёте, нам не хватает людей, вы в моём распоряжении, несколько дней мы ещё там были. Уже потом, через несколько дней на 5 единицах техники мы вышли в район нефтяных вышек, что у Старопромысловского шоссе. Там было море техники, некая как база. Мы ещё собрали людей потом. И на 5 ед. техники вышли в Моздок".

3. Выход группы вместе с танком Т-72А №517 1 тр тб 131 ОМСБр (танком управлял командир 1 тр 131 омсбр ст. лейтенант Суфрадзе, на месте механика - ст. л-нт В. Данилов).

С этой группой вышли из города НШ мсб 131 омсбр капитан Юрий Чмирев и командир зенитного дивизиона 131 омсбр подполковник Владимир Половинкин, всего 142 человека.

Денис Шачнев:
"Мы выходили пешком, там вот что было, 1-го к нам пришли 5 женщин с сумками. гражданские, мы их обыскали, оказалось там кастрюли и еда вроде , они нам сказали выходить по железке. Вот мы и пошли.
Потом уже когда все вышли с вокзала, поднялись и пошли тихонько в правую сторону [по путям в сторону парка], перебежками, кто ползком, кто как. Потом я подхожу - лежит вот этот офицер [Аденин] и вокруг него стоят солдаты, там стоял Суфрадзе, я точно помню. Команда такая: положить его на автоматы и понести, я считай шёл самым последним, я взял этого Аденина, положил на свой автомат, мы его подняли, он был очень тяжёлый.
Я, мне кажется, нёс его по железке. Почему, сейчас скажу. Шла пехота рядом, вроде как нас обгоняла, 3-4, может с десяток-два, касок. Я их прошу, подмените, кто-нибудь. Ноги подкашиваются, салага 19 лет, а он очень тяжёлый, плюс еды не было, от перепуга и страха, хоть бы кто посмотрел в мою сторону, ни один, все за свою шкуру. И эти каски как шлёпали вперёд, так они нас обогнали и дальше пошлёпали.
По железке шёл один танк, еле плёлся. Мы за ним шли. Не стрелял ни по кому, просто шёл. За ним ещё бочка какая-то плелась.
Танк был брошен, не сориентируюсь, нам нужно было уходить в гору.
И потом мы в гору поднимались с этим раненным по садам, мы его не хотели бросить. < ... > Положим его, отдохнём, посидим-посидим, потом опять берём и опять тащим, потом пронесём, снова положим, потом далее пойдём.
У Аденина было ранение обеих стоп (пулей разрушена правая берцовая кость, а впечатление, что две ноги из-за того, что раненая нога поясным ремнем была привязана к здоровой). Когда перекуривали кто-то из офицеров сказал: "две ноги перебиты", сам-то не рассматривал, не до того было.
Когда пошли по железке, < ... > мы ещё на БТР какой-то натыкались брошенный, я ещё там лазил, патроны искал. То ли БМП, но мне как-то кажется БТР, но ни раненных ни убитых там не было, по-моему, они пустые были, но патроны я там помню лазил искал, думал - авось кто забыл ящичек, просто у всех проблема была, патроны-патроны. Ничего не нашёл там я. На вид они вроде как даже и не подбитые были.
Вышли из города, посчитались, 142 человека".

Николай Рябцев:
"При отходе по железке, 3 мср одно время как то растянулись. Было одно время, что Михеев шел впереди с 5 бойцами. Он говорит, так как задача была идти в дозоре, они ушли вперёд, потом остановились и долго ждали остальных, никого не было, они вернулись назад, и по пути начали подбирать на путях отставших. Вот с основной массой и шли Чмырёв и везли Аденина.
Аденина бросали свои же, из 3 мср. Они ушли вперёд, а с ним остались только два медика, которые не хотели его бросать, хотя и были безоружные. Только спустя какое-то время, за ним вернулись. Так что, скорее всего Шачнёв его нёс уже после того, как за ним вернулись".

А. Суфрадзе:
"С вокзала я уходил на своей 72-ке, с роты [танк был ротынй, но не именно 510-й Суфрадзе. а 517-й Лыкова]. На броне лежал не только Аденин, а человек 20 лежало. Если выходить с вокзала к рельсам, то мы ушли направо, через город мимо стадиона ушли на дачи. Танк не мог подниматься, т.к. был весь простреленный, фактически не работал. Последний выстрел сделали уже как уходили. Далее он заглох, т.к. почти всё было пробито, да уже и топлива не было, ничего не было, его пришлось поставить на растяжки, только мы поднялись в гору, он взорвался, трансмиссия пробита, баки пробиты, всё пробито, он ехать не мог, вот на нём раненных всех и вывезли. Вообще выходило порядка 100 человек".

По словам Максима Трифонова из 3 мср 81 гв. МСП:
"На танк тоже поместили раненых. Этой 72-ке удалось выбраться из города. <...> Максим был в группе из 30 человек, которая выходила из города пешком. Им повезло, выбрались без потерь, хотя их обстреляли.
Вышли к перевалу и наткнулись на танк с ранеными. Из-за крутизны подъема танк пришлось бросить. Хотели подорвать, но передумали, водитель вывел из строя всю электропроводку.
Шедший впереди основной группы дозор наткнулся на три БМП российских войск. Тяжело раненых забрали в госпиталь, а за остальными приехали грузовики. Неделю прожили в части внутренних войск. Затем выехали в Моздок".

Валерий Елисеев, старший л-нт тб 131 ОМСБр, танк Т-72А №510 1 тр тб:
"За рычагами 517 когда уходили с вокзала сидел Данилов".

Виталий Данилов:
"Суфрадзе, все-таки, в том танке был! Уж в этом я точно уверен! Да, мы вместе были (с Чмиревым и Половинкиным) и на вокзале и выходили потом тоже вместе".

*******************************************************************************************************************************

Действия 8 тр (вечер 01.01.95) и отход группы капитана Вечканова вместе с остатками 2 мсб 131 омсбр

Игорь Вечканов:
"Два танка, которые были трактора, отправил я за помощью на пл. Орджоникидзе. Комбат там был, случайно на связь с ним попал. Эти танки, по 6 по 5 попаданий в них, они уже не стрельбовые были, но ходячие. Вот они прорвались, эти оба танка.
Один танк №185, ком. танка Иванов, Дайлида - наводчик, Котляр- механик, они попали в волгоградский корпус, заблудились и проскочили к волгоградцам, заскочили в больницу.
А второй танк был ком. взвода Хусаинова, за механа пошёл не штатный механ, а механ с 7 тр, они прорвались к зданиям на пл. Орджоникидзе к комбату, в дальнейшем там они остались. С комбатом там решали, то, что я понял, что помощь не придёт.
В прорыв танки пошли, боюсь ошибиться, где-то в промежутке с 16:00 до 18:00 1-го числа. И ждали мы их часа 2, может полтора".

Из объяснительной наводчика-оператора танка №185 Дайлиды:
"Ночью 1-го января пехота [капитан Чмирёв с людьми, что были с ним, под его началом], ничего не сказав, ушла от нас.
К обеду нас осталось 4 танка, и чеченцы окружили нас. Командир роты, капитан Вечканов, послал 185-й танк и танк старшины за помощью на ул. Богдана Хмельницкого, примерно в середине улицы чеченцы сделали из подбитых БМП затор. Вырвались мы без боеприпасов, стабилизатор не работал, МЗ не работало.
Наш танк ехал и стрелял "Тучами" [пояснения Вечканова: дымовая завеса]. Перед затором мы получили 2 выстрела в лобовую, на самом заторе я увидел целящегося в нас из РГП. По нему я сделал замеров 10. Пробили затор, вышли, получили выстрел из гранатомёта возле ресивера [пояснения Вечканова: пушку пробило], потом ещё 2 выстрела в зад танка, танк стал работать с перебоями.
Добрались до кольца, из двигателя в башню повалил дым, танк заглох и загорелся. Открыли люки и тут с 9-этажки по нам дали очереди, меня зацепило за бушлат и ватник, командиру Иванову перебило ноги. Я с механиком Котляром Сергеем дотащил его до БМП с раненными, погрузили сами.
Мы попали в больницу к 72-ичникам лейтенанта Григоращенко, они пришли из Волгограда. Я бегал в штаб, сообщил начштаба о том, что наши ждут с командиром роты и раненными и убитыми, ждут помощи на вокзале, он сказал, что поможет".

Командир танкового батальона Юрий Захряпин пытался оказать помощь 8-й танковой роте. На прорыв была отправлена группа под командованием ст.л-та Аношина в составе 1 танка и 2-х БМП. По информации НШ тб Рима Низамутдинова номер танка ст. л-та Аношина - №171. На проспекте Орджоникидзе танк остановился из-за поломки (стал на постоянный малый газ), Аношин был взят в плен и впоследствии расстрелян у моста, наводчик у бит около танка, механика (вероятно) заставили перегонять танк, который был захвачен боевкиами. Одно БМП было подбито около танк, судьба второго БМП неизвестна.

командир 3 танкового батальона 6 гв. ТП, приданного 81 гв. МСП гвардии майор Юрий Захряпин

Майор Юрий Захряпин, ком. тб (док. фильм "Новый года 81 полка"):
"... каким-то чудом с вокзала на двух не стреляющих машинах вышел прапорщик Хусаинов и доложил мне, что на вокзале обстановка очень сложная, тяжелая, командир роты просит помощи что бы вывести раненых и убитых. Я принял очень тяжелое для себя решение отправить на прорыв к вокзалу группу во главе со ст. л-том Аношиным".

Игорь Вечканов:

"Когда я отправлял 2 танка, просил помощи, сказал, чтобы прислали 2 боевых танка стреляющих и 2 БМП, чтобы вывезти раненых и убитых. Уже потом, на зелёнке, допрашиваю прапорщика Хусаинова, когда он вырвался туда, говорит, комбат послал Аношина и 2 БМП, но мы их ждали в течение 3-х часов, так они и не доехали.
Судя по разговорам, как я уже понял потом, его танк, спускаясь к вокзалу, заглох и заглох по той причине, что раскрутилась тяга подачи топлива. Механик был убит возле танка, наводчик тоже, а его, якобы, взяли в плен и расстреляли уже в Черноречье, то есть за Сунжей. А про два БМП, этого я даже не знаю".

ст.л-нт Аношин Александр Геннадьевич, погиб 01.01.1995 в районе президентского дворца

Из объяснительной ст.пр-ка Хусаинова (и.о. командира 3 тв 8 тр):
"< ... > Командир роты приказал мне со своим экипажем и экипажем 185-го прорваться за подкреплением на пл. Орджоникидзе и вызвать на помощь стреляющий танк и 2 БМП, для вывоза убитых и раненных. Под прикрытием пробрались к танкам.
Мл. сержанта Сактаганова убил снайпер, командир роты с рядовым Аитовым затащили его в здание, вкололи 2 укола, забрали документы.
В это время танку 189-му двумя выстрелами из РПГ попали в борт, но танк оставался работать, оторвалось 2 катка с поддерживающей стороны и крышку бака разорвало.
По приказу командира роты с 2-мя танками на большой скорости стреляя вручную из пулемёта, вырвались на бешеной скорости на пл. Орджоникидзе, там я связался с нашим 170-м, командиром батальона и передал команду командира роты выслать на помощь. На помощь поехал на танке ст. лейтенант Аношин и 2 БМП, местонахождение и их судьбу я не знаю. < ... >
По словам командира роты, раненного в руку и ногу утром, ст. лейтенанта Аношина и 2 БМП на вокзале он не видел..."

Танк Т-80БВ №171 у кинотеатра Юбилейный на проспекте Орджоникидзе

Игорь Вечканов:
"Мой танк уже подбили окончательно 1-го числа, 8 попаданий с гранатомёта, последнее видимо с ПТУРа лупанули, в правый борт был ПТУР, танк аж развернуло, механик Аверьянов погиб.
Танк Хусаинова №187 - 6 попаданий из гранатомёта, всё топливо у них полилось на днище, я им ещё сказал, чтоб с днища отключили лючки, чтобы топливо ушло.
Потом я пересел в 72-ку майкопской бригады. Она была брошена (которая на выручку приходила, экипаж рядом убитый был, с неё долбили). Где-то в часов 6 вечера сначала в зад, потом в борт, в левый, в правый, там боеприпасов было мало, она загорелась тоже. Когда техники не осталось, мы начали прорываться вдоль рампы [это было после 6 вечера 1-го числа, прорывались пешком в сторону товарки]".

Танк Т-80БВ №180 командира 8-й тр

Из объяснительной ст.пр-ка Хусаинова:
"Командир роты сказал, что танки надо убрать за здание, но его танк подбили, он не запускался, начал гореть.
По зданию, произвели 4 пристрелочных выстрела с какого-то непонятного орудия, 2 попали в танк командира роты, один в рядом стоящую БМП, один в "Тунгуску", сзади стоящую; все они начали гореть [пояснения Вечканова: там могла быть и артиллерия майкопцев, разве там поймёшь, я слышал лично переговоры Савина, и как он артиллерию корректировал, и про то, как будут вытаскивать, он всё по депо просить долбануть, а они по вокзалу].
БМП начало гореть, но угол, откуда я прикрывал, ... (непонятно написано), потом смотрю, командир роты с прапорщиком Гордеевым ведут огонь из-под танка, люк механика заклинило, из башни шёл огонь, командир роты подогнал другой танк, открыли люк, но механика не вытащили, подойдя ко мне, сказал, что нужно ещё человека.
Когда мы подошли, по нам открыли огонь, когда начали вытаскивать, то увидели у мл. сержанта Аверьянова пробоину в голове, он был мёртв. У командира роты ранило наводчика-оператора и механика водителя. Командир роты, убедившись, что механик мёртв, не стал терять раненых и отошел в здание вокзала.

Мы сначала отходить не собирались, шла перегруппировка и после перегруппировки, при перемещении часть неисправной техники, часть боекомплекта с подбитых танков подбирали.
А отходить уже собрались, когда уже поняли, что труба, а уже смысла оборонять не было, техники не осталось. План был такой: с левого < ... > фланга переместиться к нашим на пл. Орджоникидзе.
Я поставил задачу собирать раненных, убитых, не только наших, но и с майкопской бригады. Внутри здания стояло 2 БМП с майкопской бригады. Там какой-то ст. лейтенант был, я с ними договорился.
Часть раненых собрали, я сказал им, что первым пойдёт танк, в середине пойдёт БМП, замыкающим пойдёт танк, по моей команде всё это дело делается. Но пока я совещался, они почему-то на моих глазах ломанулись, вот как раз там и Бурлаков был".

Из объяснительной ст.пр-ка Хусаинова:
"Внутри здания [стройки] 3 БМП [пояснения Вечканова: это вот те, которые вот с бригады ушли к нам]. Весь состав пехоты с Майкопа, 2-3 человека зенитчиков и человека 4 с командиром взвода 7-й тр лейтенантом Валуйских. Кольцо сжималось, нас окружили, командир роты приказал раненных собрать в здании "Вулканизации" и взять с собой 2 БМП, грузить туда личный состав. Но 2 БМП с каким-то старшим из Майкопа исчезли и уехали, не сказав нам ничего".

В здании вулканизации собрал я всех оставшихся. С моей роты погиб мой механ и Сактаганов, всего 2-е на вокзале погибли, оба механы, 180-й и 188-й машин. Сактаганова - механика снайпер в голову выстрелил, возле вулканизации. С 7-й роты один экипаж погиб, сгорел, остальные 2 экипажа живы. Начали прорываться, там, у "Вулканизации" туалет сзади, вдоль туалета на товарную, участок 100 метров.
Все люди < ... > перебежали туда, а мы остались с Сактагановым вдвоём. А прикрывать уже некому, ну вот мы эти 100 метров с ним рванули. Там уже осталось где-то 25 метров, туалет за бугром, вот на карачках, сдирая в кровь ногти и пальцы, мы выбрались туда. Эти сидят в туалете, со страху ошалевшие.
А Сактаганова убил снайпер < ... >".

справа от стройки - здание "Вулканизация" - КП 1 ШО

Вдоль путей пошли. Какие-то там у них постройки вдоль путей, какая-то товарная станция. Но это не там где стоял Березуцкий, это было совсем там внизу, от здания вулканизации метров 500 в сторону запада, вот во дворе было или три или пять 80-к ленинградских и 3 или 4 БМП-2. Там же я встретил этого полковника, сидит там какой-то без знаков различия, фамилию он не говорил, [предположительно - полковник Дурнев], а я и не спрашивал, сказал он, что с боевой подготовки северокавказского округа.

путь отхода группы Игоря Вечканова

Я ему, - ты кто?
Он, - я полковник СКВО.
- А чего здесь делаешь?
- Вот, говорит, - послали вытащить остатки батальона [вероятно - поставили задачу вытащить остатки батальона].
Я его ещё спросил - дай мне 2 БМП, я к своим, на пл. Орджоникидзе поеду.
-Ты, - говорит, с какого полка?
- С 81-го.
Он и говорит - ваш полк уже, то ли 3 то ли 4 часа назад получил приказ на выход, уже выходит.
- А вы, говорю, что делаете?
- Мы сейчас тоже будем выходить.

Сидит, карта перед ним. И чего-то этого полковника потянуло самым коротким путём по старым промыслам, но я-то почти за 2-е суток обстановку-то знал. Они начали карту крутить-вертеть, обстановку не рубили, и всё прут на Старопромысловское шоссе.
Я говорю - нас там всех сожгут. Пошли, говорю, по путям. Сейчас по путям выйдем, обогнём, потом уйдём вправо. Подумаешь, зайдём с другой стороны, подальше от "Северного" к своим.
Но, естественно, слушать они меня не стали. Всех бойцов, что со мной были, рассовал по БМП.
Ну и, короче, лейтенант за рычаги на БМП сел, сел этот полковник в башню, ещё какой-то лейтенант или капитан, я уж не помню, мои бойцы в 2-х БМП, я с майкопскими бойцами в этом БМП.

Поехали, где-то ездили-ездили-ездили, слышу, нас долбанули, прям в правый борт, где сидели, хорошо, что я был в бронежилете. БМП загорелась и заглохла.
Открывать дверь - рука не работает, хорошо, что я не открыл, БМП заводится и поехала. Мы верхние люки открыли, а там пламя. Где-то ещё с километра полтора проехали - второй выстрел, бойца рядом убило, сзади бойцов тоже убило, кто его знает, как мне там повезло, один боец там у них остался, выскочили.

А те 2 БМП и танки проскочили мимо нас. За нами увязались эти нохчи, отстреливались, дворами. Я идти-то не могу, но еле-еле ковылял, бронежилет выбросил, вышли на эту улицу, от моста через Нефтянку до перекрёстка Богдана Хмельницкого, где заходили. Я вышел на Крымского, ком. 1 минбатр 81 мсп".

Отход группы с л-том Валуйских (7 тр):

Из объяснительной л-та Валуйских:
"Погрузив раненных и убитых на БМП отправили в лагерь, а сами решили выходить с ж.д. вокала. После выхода на железнодорожные пути мы случайно обнаружили 2 БМП. Нас взяли к себе БМП, пока мы их грузили, по ним открыли огонь из стрелкового оружия, нужно было принимать решение, командир роты на связь не выходил.
Под прикрытием 2-х танков мы отходили куда-то в сторону белого здания. Потом остались одни, потеряли ориентировку, во время движения нас поразили 3 раза в боевое отделение, 4-й раз в лоб механику, внутри всё зажглось, машина заглохла.
Мы стали десантироваться, вытащили одного раненного, 4 солдата убиты и механик-водитель БМП, второму перерезало ноги.
Сзади нас ехала колонна, шли 2 танка с неразборчивыми опознавательными номерами и обстреливали с пушек и пулемётов.
Только мы успели отойти на метров 50, БМП взорвалось. Слева вышел второй танк и расстреливал отходящие наши танки. За нами была погоня следом, мы ушли от этой погони.
Где-то в 3 часа ночи мы вышли в другой посёлок. Подумав, что возле него стоят наши и решили придти в село, но там оказались люди в белых маскхалатах. Начали уходить от них, но возле каждого огорода, выхода - маскхалат.
В группе нас было 8 человек. Двое остались в городе, потому что они были ранены, а второй был и наблюдал за ним [пояснения Вечканова: то есть насобирал группу из 8 человек, одного тяжелораненого оставил в городе и с ним оставил бойца, насколько я понял, что не могли они уйти, оторваться от боевиков, пришлось оставить одного раненного, конечно не есть здорово шаг такой, поэтому и награда его обошла, ну там не только это].
Следуя всю ночь по каким-то развалинам, мы вышли на нашу колонну, утром мы услышали звук 80-к и пошли в их сторону. Вскоре мы вышли к нашим. Весь личный состав действовал умело, команды выполнялись беспрекословно, связь во взводе была устойчивая.
Считаю, что рядовой Аитов, рядовой Кошелев, рядовой Халиулин, рядовой Булаценко, рядовой Кулаков - достойно проявили себя, достойны представления к правительственным наградам [пояснения Вечканова: ну тут я не помню, что там Валуйских, но, по-моему, орден ему не дали, но там не только этот случай, там несколько случаев выходило]".

Отход 2 мср 81 гв. МСП

Д. Архангелов о выходе 2 мср 1 мсб 81 гв. МСП:
"Значит оттуда, от зданий "П" там 2 БМП стояли, Черниченко, но при отходе они вторую завести не смогли. Ушли на 1-й БМП, причём заплутали, и повернули влево, ушли в Черноречье, вышло так. Ехали, попали прямо в логово боевиков, те недоумевали. А потом ударили вслед, сидевшего сзади убило сразу. Были раненные, в итоге они разделились, Черниченко с частью ушёл в одну сторону, замполит в другую. Черниченко, я с ним потом в госпитале в Самаре лежал, рассказывал, что местные помогли, дали еды, потом как-то вывели до блок-поста".

Алексей Плотников (выходил вместе с 2-й мср):

"Когда пришёл приказ выходить из кольца с колонной, мы еле завелись, взяли на борт солдат с другой бмп (не заводилась) [Сели на БМП Селиванова. Т.к. 2-я БМП не завелась, посажены АК, итого село 6 человек + здоровяк со своими людьми = 9 или 10, со здоровяком или 2 или 3 было]. Она стояла на дороге за малым забором правее, раненых внутрь, сам на броню - этим спас себе жизнь. Колонна нас не дождалась, или мы ее не нашли, выбирались одной БМП. Нарвались на большую группу боевиков, справа были 1 этажные домики и море боевиков вдоль дороги.

Многие слетели до момента, когда резкий удар развернул нас на 90 влево и на полном ходу мы врезались в двери 3х(?) этажного блочного здания (производственное, может по обуви). Стемнело, добить прицельно нас не удалось... Все, кто были внутри БМП, погибли, из десанта один сам выполз, хотя был тяжело ранен, Рома, наводчик, водитель - Селиванов. Кого-то убили, не дав вылезти из башни. Селиванову перебило ноги, он умер ночью практически у меня на руках [Позже мы выяснил, что Алексей перепутал, Селиванов будет ранен, но останется жив, а на руках Алексея умрёт "здоровяк майкопец", выбраться смогли 4 человека в здание: Алексей, Роман, Селиванов и "здоровяк майкопец", ещё 2-е были ранены, но остались лажать у БМП, были захвачены в плен утром, к утру "здоровяк майкопец" умрёт]. Я ему рот прикрывал, да уколы колол, чтобы не стонал громко, а к утру он остыл, а я думал спит.

Утром чечены разграбили БМП и полезли в здание. Мы с Ромой (г. Чапаевск) [Позже, благодаря И.П. Шиловскому, мы узнали, что Ромой был Роман Осин, родившийся в Новокуйбышевске, а призывавшийся из Чапаевска]. Переместились в соседнее здание где дождавшись ночи, отправились по ж/д к своим. Утром мы были у химзавода [Они действительно были у хим. Завода, после того, как прошли мимо трампарка №2]где нам встретились местные. Они показали дорогу, но посоветовали не идти ввиду мин и дозоров. К вечеру провели нас к себе домой в Черноречье [Действительно в Черноречье, к отличным людям. Отличной семье чеченцев. Золотым людям, большего сказать нельзя]. А из дома на машине до блокпоста РФ.

А из дома на машине до блокпоста РФ. Дальше был реаб. центр Владика, где комбат и парни нашли меня (числился пропавшим). Комбата узнал с трудом, парней не помню, хотя они меня узнали. Год служил в вч 37271 артполк, не снимая своих петличек. 1996 встретил дома без наград и орденов, но и без единой царапины с чувством выполненного долга перед РОДИНОЙ и с постоянной мыслью НАХ всё это было нужно".

Из рассказа В. А. Константинова:

"Мы не знали, что уже давно дана команда на отход от вокзала и, что там покинули это всё наши части. Подъехал танкист и сказал: "Чего вы здесь делаете?" - это уже к этому времени я отправил Черниченко раненного, вообще всех раненных, они уже уехали, они поехали тем маршрутом, как и входили. Танкист был на 80-ке, не наш танкист, не наш, не полковой. Он подъехал, он нам дал информацию, что нужно быстрей сворачиваться, выходить, уже давно был приказ уйти, вокзал оставить.
Мы после этого собрались, была у нас одна машина оставалась. Пройдя там где-то метров 800, по рельсам стали двигаться влево, если по ходу нашего наступления. Танкист, по-моему, нам и сказал, что там где-то парк Ленина, что там десантники стоят.
Вот у нас была такая мысль, выйти к ним, но где-то мы неправильно повернули. < ... >
Прошли по рельсам метров 800 ещё, нашли ещё машину, брошенную БМП, она тоже была не наша, двери открыты в десанте, горел свет в салоне, экипажа не было, не помню только, БМП-1 или БМП-2, по-моему "двойка".
Так получилось, что у нас солдат залез туда, в башню, с перепугу, и закрылся. Он башней крутил, было такое, до него ещё не могли достучаться, поехала крыша, он залез и закрылся. Если Вечканов её видел, то он шёл до нас".

Из рассказа НШ 81 гв. МСП Семена Борисовича Бурлакова авторам сайта:

"Владимир Константинов (зам ком 2 роты по вр) вывел около 6 человек, после двухнедельного скитания по подвалам. Начал отход с большим количеством человек, но кто отстал, кто потерялся, кого ранили, кого убили, кто присоединился, 2 недели боёв - срок большой. Вот кому героя давать нужно".

Бой на автобазе и гибель комбрига

По словам Вадима Шибкова, следующий текст (фрагмент статьи) достаточно точно описывает эти события:

"Вадим Шибков: ... В нашу же сторону в это время был открыт шквальный огонь. Не знаю, что бы случилось с нами, если бы не расположенная рядом автобаза. Она и стала спасительным островком в этом море огня. Заскочив на захламленный двор автобазы, мы забросали на всякий случай окна помещений гранатами. Залегли. Затем подтянулась основная группа с комбригом. Впрочем, от группы осталось одно название: пока перебегали по открытой местности, почти все полегли под пулеметным огнем боевиков.
Подхожу к израненному полковнику Савину, говорю:
- Командир, что будем делать?
Думая о чем-то своем, он смотрел в сторону, затем, будто очнувшись, сказал:
- Нужно оценить обстановку.
К тому времени над городом опустились сумерки. Мы заползли с ним за угол здания и видим, как пять или шесть боевиков-ополченцев скрытно подбираются к нам. Говорю Ивану Алексеевичу:
- Командир, гранату.
Он с трудом достал из подсумка гранату РГД-5.
- Подсвечивайте, - говорю, - я их уложу "эфкой". Так и сделали. Находившиеся во дворе автобазы бойцы, человек десять-пятнадцать, поползли за нами. < ... > В общем, кинули мы гранаты. Но пройти дальше не удалось. Боевики-ополченцы, засевшие на пожарных боксах, дружно открыли огонь. Меня зацепило в плечо. Одному из рядовых пуля попала в голову, и он навсегда остался лежать там. Пришлось опять отползти за угол.
Ну, думаю, все - не выбраться отсюда.
Сел на фундамент здания, прислонился к выщербленной от пуль стене. Комбриг расположился рядом, положив голову на мое плечо. Он был очень слаб. Выругавшись, сказал: "Если выживу, я этим сволочам скажу все, что о них думаю..."
Это были его последние слова. Из-за угла донеслось: "С Новым годом! Получите подарочек..." - и... прилетела граната. Крутясь и шурша по щебню, вплотную подкатилась к нам. Взрыв! Я почти ничего не почувствовал - только шею обожгло. А комбриг уронил голову.
Через некоторое время к нам пробились остатки одного из взводов третьей роты во главе с начальником артиллерии бригады полковником Савченко. [Сащенко] Они пригнали с собой "Волгу", в багажник которой и погрузили тело мертвого комбрига. Я же с группой бойцов остался прикрывать их отход.
В салоне "Волги" пассажиров было, как сельдей в бочке. Медленно двинулась она в сторону Дома печати. Метров через сто остановилась - лопнула шина. И тут уж боевики никому живым из машины не дали выйти".

Во дворе автобазы

Вадим Шибков:
Есть неточности:
1 - это было, как Вы понимаете уже ночью;
2 - про то, что "дух", который нам гранату "вернул" и при этом с Новым годом поздравил - это уже сказка;
3 - подсумка у командира не было;
4 - гранату, а не гранаты кинули не на всякий случай, а по конкретной цели - это в окно административного здания автобазы;
5 - на автобазе территория была нормально, не захламлённая;
в остальном данный эпизод описан правильно.

Рассказ В. Шибкова (пересказал С. Мирошник):
"Я на автобазе остался прикрывать отход основной группы, обеспечил отход. Спрятался в колодец, т.к. боеприпасов был - один автоматный рожок россыпью, пока ими магазин снарядишь...
Уже были слышны голоса, стал уходить и набрёл на контуженного Удовицкого, который тащил Чуванова Валерия (зампотех тр 131 бригады).
Он был ранен в ногу. Мы пошли по промзоне, через заборы, дорожки, и вышли у института (Институт геофизики, как выяснили потом]. Перешли дорогу у электромеханического завода там же, на Старопромысловском шоссе [ГРМЗ, как уточнил потом Вадим].
Валеру мы тащили практически на себе, он сознание терял, то протягивать нужно было по канавкам по таким, небольшим, то через забор перегружать, а Валера парень не мелкий, 100 кг. Веса, но вытащили парня, вытащилию

Воробьёв погиб у Дома печати, его нашли вместе с комбригом. Они, видать, туда отходить стали, за здание административное этой автобазы. Потом там постреляли немного, взрыв там какой-то.
Потом завелась эта машина - Волга, она ушла. Тело Савина положили в эту Волгу, туда же забилось людей, как сельдей в бочку, часть пошла пешком . Я остался прикрыть основную группу.
Прикрывал на автобазе сначала из-за кузова, потом из колодца. Я из этого колодца вышел, оглянулся, говорю "Живые есть? Воробей за мной". Я думал он остался.
Никто не ответил ничего, я ещё прошёлся вдоль стенки у которой сидели, никого нет.
Я тогда пошёл по диагонали туда, в сторону уже ремонтного цеха. По мне ещё с пулемёта сработали, думаю, что с пулемёта, очередь не автоматная явно, сзади там прошло, метрах в 2-х-3-х.
Я туда прошёл и вот там стоял Чуванов и Удовицкий, получается, не смогли они за остальными выйти. Удовицкий, он же контуженный явно был, говорит звёздочки в глазах, не вижу ничего, после взрыва, когда его выкинуло из башни, ну а Валера, чего там, полноги вырвало ещё на вокзале...

Как встретился с Удовицким и Чувановым, мы пошли . Там цех был такой - весь стеклянный, окна большие, обошли его сзади, налево повернули к забору автобазы.
Через этот забор перелезли, перетащили Чуванова и обошли что-то квадратное, я не пойму что, там какие-то ямы глубокие были, мы в одну чуть не сиганули в темноте.
Оттуда вышли к каким-то домам, потом на Гаражную вышли, плутали мы там в темноте.
С Гаражной свернули направо, зашли, там какие-то склады были, пустые, на этих складах легли, пару часиков полежали, уже сил не было, нужно было отдохнуть. Светать начало, только-только, часов семь было, перешли через Старопромысловское шоссе, и попали в ГРМЗ. Чуванову глюкозу сделал.

БМП №618 и п/п-ка Чумака и маршрут выхода с автобазы В. Шибкова, В. Удовицкого и В. Чуванова

********************************************************************************************************************************

Погибшие, раненые и пропавшие без вести танкового батальона (81 гв. МСП), информация от командира 8 тр И. Вечканова:

01.01 лейтенант Чигашов, ст. лейтенант Аношин, мл. сержант Кочетков, мл.сержант Аверьянов, рядовой Сморчков, мл. сержант Сактаганов, мл. сержант Пискунов, рядовой Ефимов [пояснения Вечканова: почему-то рядовой, он сержант был!], сержант Медведев.
08.01 рядовой Котляр.
02.01 Байкатов.
31.12 Агишев [пояснения Вечканва: это я вот говорил, у меня целый танк пропал с экипажем, это вот один из них - Агишев].
10.03 рядовой Гребнёв.

Без вести пропавшие:
01.01 ст. лейтенант Галкин [пояснения Вечканова: его в плен взяли, с танка вытащили, он с 9-й роты, я чётко слышал, танк подбитый. Просил он вытащить из танка, его вытащили], рядовой Аитов, Капустин, мл.сержант Назаров, рядовой Павлов, Яник, Казбеков, Пахомов, Иванов, Костяев.

Раненные:
01.01 капитан Батретдинов, Вечканов, лейтенант Селенов.
31.12 Терёхин.
01.01 мл. сержант Юрий Богер , рядовой Ерёмин, ст. лейтенант Гудков, мл. сержант Кочкин, мл. сержант Иванов, рядовой Бактагалиев, рядовой Кондратьев, Аитов.
24.01 мл. сержант Игнатьев.
28.01 Газиев (Газимов?) [пояснения Вечканва: это уже с Москвы, по-моему, которые пополнили].
22.01 Абрашитов [пояснения Вечканова: это боец с 81-го полка с РМО, он был придан моей роте КРАЗ 260, его ранили когда подбирали убитых, он ко мне приезжал].
Корнев лейтенант [пояснения Вечканова: это опечатка, такого не было, я такого не помню, а может из пополнения].
Рядовой Шумилов, Булаценко.

Игорь Вечканов: "Это не точный первый список".
Убито - 13 человек.
Без вести пропало - 10.
Ранено - 21.

********************************************************************************************************************************

Игорь Вечканов про танки противника:

"Были танки 72-ки, но очень трудно было определить. Определяли только тогда, когда уже по нам открывали огонь. То, что подбили, не подбили, гарантий не даю, но то, что мы их обстреливали в том случае, когда уже понимали, что других нету.
Мы их определяли (своеобразная разметка, и российские флаги на косых ЗИПах, а у них как таковых танкистов толковых нету, и быть не может, и танки отличались).
Я насчитал четыре 72-ки, они между развалин выходили, отстреливались и уходили. В противоборство вступить - они не вступали, обстрел и уходили. 72-ки были (но одна уходила, вот там по Комсомольской пятиэтажка), вот между двумя пятиэтажками уходила (не знаю, достали мы нет), но залпом стреляли с трёх танков по ней".

********************************************************************************************************************************

Игорь Вечканов про танки бригады:

"Где-то, по-моему, шесть или десять 72-к было у них, очень толково воевали, если бы их там не было, на правом фланге, нас бы там похоронили. Правый фланг, это своеобразный "Дом Павлова", конечно, они ввели в заблуждение нас, с этим "Домом Павлова". Когда боекомплект заканчивался, "двойки", их БМП, выстраивались вдоль вокзала, вот эта улица перед "Домом Павлова" в колонну, чтобы хоть как-то защитить вокзал от обстрела, как заграждение, правда, только нижние оно могло спасать".

********************************************************************************************************************************

О съемках боевиков на вокзале (02.01.1995). Информация от Рустема Максовича Клупова, пересказал Николай Рябцев

Самое интересное, что когда эти съёмки велись, в здании стройки за ними наблюдала разведрота десантуры Теплинского, а потом человек 50 там накосила.
Площадь и вокзал, когда не велись бои, и когда там можно было свободно гулять боевикам - это только первая половина дня 2 Января. А десантура (здание стройки, которое наши зенитчики держали), заняла его ещё засветло.
Как потом в госпитале один из офицеров роты Теплинского Максычу рассказывал, как рассвело, дудаевцы начали выходить отовсюду, между нашей техникой разгуливать. Кого-то из десантов заметили, чечены ему типа "сдавайся, ты тут один остался".
А тут свежая рота сидит. Десантура подождала, пока все выйдут, и лупанула по ним (примерно около 50 чел за раз осталось лежать).
После этого опять бой на весь день, разведчиков выбили, но ночью батальон свежий десантуры подошел, и уже занял вокзал окончательно.
Так что получается, что эти съёмки велись под пристальным наблюдением наших.

Николай Рябцев о командире 3 мср 131 ОМСБр капитане Рустеме Максовиче Клупове

"... когда я говорил, что Клупов классный мужик, я даже не имел в виду, его подвиги, а его отношение к солдатам. Когда мы ещё на перевале Терском были, он как то к нам в землянку зашёл, с Михеевым поговорить.
Как сейчас помню, обсуждали возможные варианты штурма Первомайского. Посидели, поговорили, вдруг посыльный забегает, и приносит Клупову здоровый кусок масла сливочного в коробке ( типа офицерская пайка). Так он всё нам отдал и ушёл, себе вообще ничего не взял.
А ещё мы знали, что он в Афгане воевал. В принципе, уже тогда было видно, что он за человек. ... А ещё его в роте все солдаты только Рустемом Максычем звали, не как-нибудь официально - товарищ капитан. Вот, наверное, поэтому я и запомнил его ФИО".

Только убитыми Майкопская бригада потеряла 142 человека, сколько было ранено, пропало без вести - точных данных нет.

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ ПО 131-ОЙ ОМСБР

Всего с 31.12.94 по 01.01.95 в группировке "Север" погибло по разным оценкам, приблизительно от 300 до 500 человек.

список погибших

выводы
Хостинг от uCoz